Русский Deutsch
Menu

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

Темы


Воспоминания

 Семен Костовецкий

 

О самых близких и родных


„РАДИАЛКА»  и ...

 

 

         Марика из «гальваники» знали просто все. Сначала был завод, потом объединение, а Марика всё равно знали все. Завод расположен на ул. Инструментальной, в районе Бугаёвки. Само название говорит за себя: при царе-батюшке здесь проживали в основном портовые грузчики и грузчики хлебного элеватора, что на Пересыпи. О заводе можно рассказывать бесконечно, но это в перспективе. Я расскажу о «гальванике» – гальваническом участке термического цеха «Радиалки». Папа работал на заводе с 1951 года, но первые рабочие годы прошли в инструментальном цеху. Строгальщик, комплектовщик, слесарь по инструменту и, наконец, гальванический участок. Сказать честно, работа далеко не сахар. Ну да, зарплата немаленькая, но и удар по здоровью зеркальный. Хотя и вентиляция была, мощные воздушные вытяжки, но всё равно это не давало 100% защиты лёгких. Удалить полностью из помещения, где работают люди, хромовый ангидрид, цианистый водород и  другие вредные вещества не представлялось возможным, но контроль за здоровьем всегда был на высоте. Особой популярностью заводчан пользовался дом отдыха на базе заводского пионерлагеря на 11-ой станции Большого Фонтана.

Для наглядности приведу несколько фотографий 1956-1959 годов.


                                      

  

 

Тогда, в 50-х, кроме работы в цеху у отца была и общественная работа. Он руководил заводской народной дружиной много лет. Виноват я, не сберег целую стопку грамот и благодарностей от руководства завода, района, города. Кроме того, по вечерам он посещал вечерние курсы юридического факультета одесского университета. Курсы предназначались для народных заседателей в судах города. Да, папа ещё и народным заседателем был. Поскольку мотоцикл, не говоря уже об автомобиле  тогда был труднодоступен, папа получает права на вождение велосипеда и конно-гужевого  транспорта, экономя тем самым время для передвижения.

 


Просто бедствием для завода были самогонщики с Бугаёвки. Самогоноварение процветало именно что «на дрожжах». Рядом с «Радиалкой»  располагался завод СОМ (строительно-отделочных машин) и комбинат пищевых концентратов. Три предприятия и большое количество людей, среди которых хватало достаточно любителей «зелёного змия». И нередко употребление алкоголя заканчивалось травмой, а то и инвалидностью. Налеты на производителей подпольного бизнеса прходили часто и всегда с милицией. По всей видимости, такая активная деятельность начальника заводской народной дружины встала поперёк интересам самогонщиков. Они засылали к нам домой переговорщиков: уговаривали, предлагали, угрожали. Потом катились по лестнице с пятого этажа.

     Не давала забывать себя Армия.  Почти каждый год  по нескольку месяцев уходил на сборы (скачки). В основном это были курсы усовершенствования офицерского состава.

  

    Одесское артиллерийское училище  1958 год.

    

 Обращает на себя внимание местоположение отца. Практически на всех групповых фото он всегда слева от фотографа.

 

 

 

     



Симферополь 1960 год.

 Не отставало и сельское хозяйство – всегда не хватало рабочих рук...

 










Одесская область Раздельнянский район

с.Новосёловка колхоз им.Сталина 1955год.

 

Праздничная  демонстрация 1 мая  1959 года.

Привокзальная площадь.

Папа опять слева, а справа – Инна Борисевич, знаменосец. Дочь наших соседей по комуналке. Её отец дядя Жора работал маляром на 8-ой сборке.

Тот же день после прохода по Куликовому полю

у главного транспаранта завода.

 Правда, побыть просто участником шествия удавалось редко. В основном в такие дни приходилось нести дежурство в оцеплении.

Вот эта фотография сделана в оцеплении.

Начальник штаба заводской дружины наравне со всеми несёт службу. А на заднем фоне виден бортовой номер грузовика, которым перекравали улицы от несанкционированного движения. Ах, как я любил эти грузовики! Сколько радостных часов провёл за рулем! Это для всех он грузовик, а для меня – самолет, корабль, ракета, подлодка. Я рычал, шипел, жужжал, гудел, ревел и просто орал от восторга.

    Стадион Черноморского морского пароходства (ЧМП) – большая зеленая чаша, всегда наполненая эмоциями зрителей, часто через край. Место, где мне не удалось побывать под видом сына начальника дружины. Ах, как жаль! В те годы одесский «Черноморец» провел три потрясающие международные встречи, и отец их посмотрел.

Первая игра была в 1960 году, в Одессу приехал знаменитый  итальянский «Интер».  После игры тренер «Интера», улыбаясь, сказал: «Русские нас обманули. Одесситам под силу соревноваться с любой европейской профессиональной командой».  Несомненно, он бодрился, но проиграть 5:1 малоизвестной команде из Одессы было для итальянцев шоком. Чрез два года Одессу посетил один из сильнейших клубов Бразилии «Фламенго». В его составе играл знаменитый Диди (Валдир Перейра) по прозвищу «Мистер футбол», виртуоз Миранда и другие. Именно Диди был автором знаменитого удара под названием «сухой лист»  и он же - автором первого гола в истории стадиона «Маракана». В итоге 4:2, и бразильцы уехали ошеломленные. Весь Союз аплодировал одесской команде. А спустя три года англичане выпросили у Госкомспорта СССР одну игру с «Черноморцем», и в Одессу приехала «Сток Сити» –команда легендарного Стэнли Мэтьюза. Председатель клуба Гордон Стэнли сказал уверенно: «Мы готовы показать в Одессе настоящий английский футбол. Мне известна сила «Сток Сити», и этого достаточно.»  И они действительно показали зрелищный футбол, проиграв 1:3. Второй гол у одесситов забил молодой нападающий Валерий Лобановский. Одесский «Черноморец» во все времена советского футбола был настолько непредсказуем, что ставил в тупик и болельщиков, и специалистов. Четырнадцать раз команде вручался приз «Гроза авторитетов». Это только «Черноморец» мог поехать в Москву, провести пять встреч на выезде с «Динамо», ЦСКА, «Локомотивом», «Торпедо», «Спартаком», выиграть три, две свести в ничью, а потом приехать домой и проиграть «Пахтакору», плетущемуся на последнем месте в турнирной таблице. А как одесситы напугали Европу в середине 80-х в кубке УЕФА! В первом туре одесситы выбили одного из фаворитов турнира команду «Вердер» из Бремена. А во втором туре играть пришлось с мадридским «Реалом». После первой встречи в Одессе тренер испанцев заявил: «Если в Советском Союзе команда, занимающая в своей турнирной таблице четырнадцатое место, показывает футбол такого высокого уровня, то какого мастерство команд в первых строчках?  Тот, кто из нас победит – завоюет кубок УЕФА». Так оно и получилось. Одесситы проиграли вторую встречу с разницей в один мяч, «Реал» завоевал кубок УЕФА. Отвлекся… а всё футбол!

     В  1959 году одним кандидатом в члены КПСС стало больше. Анкета (черновик):

 ´                           

И через два года – коммунист.






Партбилет не сохранился,

зато нашлась фотография

с первого профсоюзного билета.

 

 В 1968 году в Одессе состоялось открытие нового морвокзала. Всё металлическое, хромированное, блестевшее полировкой в этом большом здании сделано бригадой гальваники «Радиалки». Выбор пал на наш завод, конечно, не случайно. Мэр Одессы В.М.Шурко был несколько лет директором завода, жил двумя этажами ниже и прекрасно знал, что рабочие с заданием справятся.

 

Фотография 1968 года, прямо напротив входа в гальванику.

Слева направо: Калищук Георгий и Костовецкий Марк – гальваника, директор ОЗРСС им.Ленина Шурко В.М., электрик из 8-го сборочного цеха (фамилию не установил), Гоноровский Виктор - гальваника, секретарь комсомольской организации завода (фамилию не установил), бригадир участка гальваники Циринг К.Л. и далее – работники гальваники Шойхет И.Д., Бубненко П.И., Денисов В.


В полном составе бригада гальванического участка была приглашена на торжественное открытие здания морвокзала. И где-то же тихо лежит это приглашение в отцовском архиве, знаю, что есть, а найти ...


Зато нашел газетную заметку

о бригаде и её вкладе

в открытие морвокзала.

 

                                        

 

 

Несколько слов о том, что видно на заднем фоне фотографии. Памятник Ленину был убран на реконструкцию и поставлен у здания нового главного корпуса. Доску Почета перенесли метров на тридцать ближе к проходной и на её месте (доски Почета) поставили столовую. За гальваникой находился кафетерий, где угораздило отравиться несвежей пищей моему старшему брату Игорю. Что сделал папа? Распределил ведро хлорки во все пищевые баки и процитировал соответствующую статью Уголовного Кодекса.

      Доска Почета, очень полезная для истории предмет, я бы сказал, «предмет памяти». Вроде атрибут социализма, но со временем можно наблюдать становление человека,  взросление, жизненную зрелость.

 

 Фотографии отца с Доски Почета в разные годы.


В том же 1968 году в июле месяце был один день, который врезался в память навсегда. 25 июля 1968 года. Как прилежный троечник, я уроками интересовался в меньшей степени и носился по двору с друзьями по дождевым лужам. Всё бы ничего, но смущало обилие женщин во дворе и полное отсутствие мужчин. Женщины бурно обсуждали непонятные мне события. Собравшись небольшой колонной, все двинулись на улицу Перекопской победы, где находился военкомат Центрального района. Схваченному за руку мамой, мне поневоле пришлось стать участником событий. У военкомата стояла толпа женщин. Галдеж неимоверный, народ требовал военкома, обещали пойти на штурм здания. Используя время, я гонял по дождевым ручейкам крейсер «Аврора» в виде крупной щепки. Точных слов не помню, но вышедший на крыльцо военком божился перед  всеми, что войны нет, стране ничего не угрожает. И убедительно просит дорогих женщин смотреть телевизор, особенно программу «Время». Из программы народ узнал о событиях в Чехословакии. Когда папа вернулся и рассказывал скупо, коротко, сжато, я понял, что границу он не пересекал, в гражданиских лиц не стрелял. На память – только штампы в военном билете.

 

 

В конце семидесятых бригаду гальваники преобразовали в комсомольско-молодёжную бригаду. На момент создания сохранилась фотография: основной костяк бригады.

 

 Первый ряд слева направо: Григорович Владимир, Белоконь Юрий, Циринг Николай (бригадир), Растрепин Борис (зам.нач.термоцеха), Петренко Сергей (нач.термоцеха), Калищук Георгий.  Второй ряд: Костовецкий Марк, Кучерук Константин, Виляев Виктор, Карабуля Иван, Бубненко Павел, Зеленчук Владимир, Агейчик Виктор (модельный цех), Кучерук Сергей.

Фотография сделана на фоне мемориала памяти погибшим в Отечественной войне заводчанам. Звезда из металла высотой почти три метра. Здесь те, кто принимал участие в создании мемориала.



И каждый год в День Победы детвора заводских детских садов «Тюльпан» и «Ивушка» приходила на завод, возлагала цветы. Потом – встреча с участниками войны.

 



Что интересно, право сопровождать детей к мемориалу было почему-то у рабочих гальваники. На заднем плане – Карабуля, Корунский, Калищук.



Ещё одна фотография «семидесятых»: 9 Мая. Чествуют участников войны.

    


Рядом с  папой стоит бригадир участка

Кароль Лазаревич Циринг.

Это официально, в паспорте, а для всех – Николай. Для меня – дядя Коля. О многолетней дружбе двух семей, Костовецких и Циринг, в двух словах не скажешь. И очень надеюсь, что со временем расскажу. И вот они снова радом на ноябрьской демонстрации.

 

 В 1980 году бригада гальванического участка «Радиалки» была приглашена в одесский телецентр. Передача посвящалась ударникам не только производства, но и спорта. На заднем плане – олимпийский чемпион по десятиброью Николай Авилов.

 

    Не погрешу против истины, если скажу, что папу действительно уважал и стар, и млад. Но он всегда старался не выделяться, в отношениях с людьми был тактичен и уважителен. Скромность – это то качество, которое с каждым десятилетием превращается во что-то эфемерное, незримое и допотопное. Во времена СССР все растущие поколения проходили через понимание скромности, умение обходиться минимальным и извлекать из минимума максимум. То есть научиться быть самодостаточным без больших амбиций.

     Уравновешенный характер отца  и культура поведения  вообще неописуемая. Любой из тех, кто мнит себя высококультурным, интеллигентным, может взять фору в сто очко, и всё равно уровня простого рабочего из гальваники им не достичь. За всю жизнь мне довелось только дважды видеть, как отца вывели из равновесия.

      Первый случай произошел после возгарания электропроводки на участке. Дело было днём. Огонь потушили, но запах гари был настолько силен, что отец, как старший на смене, приказал всем покинуть помещение. Окна и ворота распахнули для проветривания. А начальство уже примчалось и требует работу возобновить. Вот тут он и не сдержался. Да, обозначил начальство одним, только одним непечатным словом и добавил, что работа возобновится при первой возможности. Тут уж и начальство остановилось. Если Марик так заговорил, значит повод серьезный. А повод был самый что ни на есть простой и важный – здоровье людей. Старший на смене отвечает не толко за производственные показатели, но и за людей. Как в армии, как на войне.

Второй случай произошел в середине 80-х на городской партконференции. Такого с ним никогда не было, он пришел взбудараженный, глаза блестели, как после удачной боевой атаки. Выяснилось: на конференции поступило предложение присвоить звание «Почетный гражданин г.Одессы» молодому фрезеровщику одного из заводов. С трибуны озвучили биографию. И вот тут впереди всяких подготовленных прений папа попросил слова и ...  За одну минуту разбил вдребезги весь план организаторов, а именно: никто из присутствующих не сомневается в молодом рабочем в его честном труде... сотни тысяч одесситов трудятся не хуже... многие тысячи одесситов принесли пользу и славу городу в большей степени. И в завершении: не позволю оскорбить и обесценить достойное звание почетного гражданина нашего города. Ну, да, тема была смята и закрыта.

     Для заводчан, особенно для женщин, гальваника – это место, где можно  захромировать и полирнуть кухонные ножи, топорики для готовки мяса, казаны почистить и много другой необходимой мелочи в быту. Все знали: не дай Бог кроме «спасибо» попытаться сунуть Марику деньги! Марья Ивановна, заведующая инструментальной кладовой в цехе №3, где я работал, как-то попросила захромировать и полирнуть топорик для  мяса. Я ведь предупредил её не сметь совать деньги, предупредил громко, внятно, настойчиво. Вернулась она в цех бледного цвета лица и с  трясущимися руками. «Что, – спрашиваю, – судя по отсутствию ран, топорик пролетел мимо?»  Она молча кивала головой. А ведь предупреждал!

     Официоз, показуху папа терпеть не мог. Да, к нему часто обращались за советом, помощью, и никто не встретил отказ. О нем писали в газетах статьи, очерки, заметки. О себе всегда говорил скупо, всё больше о других. Оживлялся, когда тема беседы касалась филателии.

   

  

    Был случай, когда корреспондент «Комсомольской искры» пришла к нам домой в двенадцатом часу вечера с двумя детьми. Открывая двери, папа спросил: «С ночевкой?» Спустя три часа дети заверили, что спать им совсем не хочется, они готовы слушать дядю Марика хоть до утра (так оно и получилось). Жадно слушали, затаив дыхание и лица – они мгновенно взрослели. Тема не детская – война...

    Однополчане. Встречи были редки и всегда радостны.  Это папа с полковником Гутиевым Казбеком Тимофеевичем. Тогда, в 1945-м, они шли в одной боевой колонне. После войны Казбек Тимофеевич  продолжал службу в Армии, завершил её в группе Советских войск в Германии в 1969 году в должности командира 41-го  мотострелкового полка 207-й  мотострелковой дивизии.

 

      Проходят годы, и я, уже далеко не мальчик, пробую понять, что двигало всю жизнь его поступками, где основа, на которой базировались его жизненные принципы. Ведь жить,  не изменяя своим принципам, подвластно только людям крепкого характера. Такие могут дать слово и сдержать на всю жизнь. Кажется, мне удалось найти ответ, и он таится в двух почтовых открытках отца к сыну.

     

Первая открытка намекает на то , что может произойти страшное и непоправимое. Вторая открытка пришла, когда полковник Костовецкий был арестован и проходил  по делу об очередном заговоре. «Фоторграфия Ленина должна тебе напомнить твое обещание, твое честное ленинское слово вести себя по-ленински. Будь примером во всём, и ты выполнишь свое слово.» – прочел одинадцатилетний Марк последние слова отца.  А когда же было дано это слово?

      

В последнюю встречу отца и сына. И когда я достаю отцовские офицерские погоны, военный билет, приходит  понимание, что тогда, в 1944 год, он надел военную форму и до конца дней своих оставался на передовой. Он не замарал чести солдата, он сдержал слово, данное отцу. Жил с чистой совестью и поступал по совести.

 

Родители ушли так, как уходят двое не в состоянии жить далее в одиночку: в один день,  час, минуту. Разве в состоянии человек прожить так, чтобы безбоязненно отчитаться перед своей совестью за каждую прожитую секунду?  Я думал, что это невозможно, думал – и ошибся.

                     







<< Назад | Прочтено: 75 | Автор: Костовецкий С. |

Поделиться:




Комментарии (1)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы