Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Политика >> Война Украины и России
«Партнер» №8 (299) 2022г.

Чужие среди своих

Когда в начале войны я встречался с друзьями из своей компании, выходцами из разных мест бывшего СССР, мне, выросшему в Чернигове, было странно слышать жалобы от экс-россиян, что они, наверное, больше никогда не смогут поехать домой, не смогут увидеть своих родных, приехать в родной город. И главное – о страхе перед грядущей русофобией в Германии и мире в целом. Когда люди в Украине физически теряют своих родных и свои дома, эти жалобы кажутся мелкими.

Прошло пять месяцев большой войны. Всемирной русофобии не случилось, кто-то продолжает общаться с родственниками в России, а то и съездил на родину, но большая часть отдалилась от своей семьи. А кто-то и потерял ее вовсе.

 

Сейчас в Европу едут не только украинцы, но и россияне: оппозиционеры, интеллектуалы, представители меньшинств – все, кому нет места под новой Zвастикой и у кого есть возможность уехать. С усилением репрессий в России россиян в Германии будет всё больше.

У мигрантов «со стажем» – еврейских контингентных беженцев, поздних переселенцев и других представителей разнообразной русскоязычной комьюнити в Германии первый шок прошел, и становится понятно, что всем нам, представителям уже сложившейся общности, и прибывающим сейчас из России, Украины и Беларуси, нужно как-то жить вместе дальше. Нужен какой-то общий знаменатель.

 

Набирают силу два антиподных понятия – «путинисты» и «русскоязычные европейцы». С первыми всё понятно. Вторые – это люди с демократическими ценностями, выступающие категорически против агрессивной войны и кремлёвских репрессий, и не в духе отговорки, дескать, «я в целом против войны, но сейчас не всё так однозначно», а конкретно «я против ЭТОЙ войны – однозначно». Для выходца из России это точка невозврата, так как на его родине такая позиция – экстремизм и предательство. Это физическая потеря родины, часто – потеря друзей детства и распад семьи. Я поговорил с несколькими друзьями, которые переживают семейную трагедию…

 

Олеся (30 лет, Кёльн, родом из Москвы)

Расхождения в моей семье начались ещё в 2018-м. Я приехала в Москву и встретилась с родственниками, которых не видела несколько лет, и моя двоюродная сестра сказала мне слова, от которых я долго не могла прийти в себя: «Будет война России с Европой. А ты будешь стрелять в моего ребёнка, а это значит, я буду стрелять в тебя, потому что ты на стороне врага!». Тогда я была просто в ступоре: какого врага? Стрелять? Кому нужно нападать на Россию? Что за бред?! Откуда столько ненависти?! Я даже и представить себе не могла, что эти слова были предпосылкой к нынешним реалиям – их уже тогда готовили к войне.

24-го февраля случился окончательный раскол. Я пыталась говорить об агрессии России в Украине со своей мамой. Присылала ей материалы из Мариуполя и Бучи. Она их полностью отвергала, мол, – всё это фейки и пропаганда. Мы с мужем тяжело переживаем происходящее. Как-то на эмоциях записали трогательную песню на украинском языке и выставили ее в семейную группу в WhatsApp. После этого мама написала «вы тут уже по-украински поете и разговариваете, а я для всех вас чужой человек» – и удалилась из группы.

 

Ее позиция набирает обороты. Она стала писать мне, мол, чужие люди тебе дороже, чем родная мать, что беспокоиться надо о семье, а не о незнакомых людях. Она стала писать, что не поддерживает «ЭТО ВСЁ», но любит свою Родину. Я пыталась донести ей разницу между родной страной и «родиной» – преступным государством. Как-то в разговоре я сказала ей, что желаю гибели нынешней российской государственности, и, только избавившись от путинизма, страна сможет стать свободной. Она не поняла меня и приняла это на свой счет: мол, я желаю смерти всей стране, а значит, и своей матери и всем, кто меня любит. Она назвала меня проституткой, продавшей русскую идентичность, готовой стать кем угодно: немкой, украинкой, цыганкой, лишь бы не оставаться «русской».

 

Я не могу просто делать вид, что не было всех этих разговоров и ничего не происходит. Мы не общаемся уже несколько месяцев, маму мне пришлось даже заблокировать, потому что разговоры причиняют мне боли больше, чем отсутствие контакта. Я не знаю, как с этим жить.

 

Ольга (Берлин, 33 года, родом из Москвы)

Так случилось, что из прошлой жизни у меня остался один близкий человек – отчим. Наши взгляды на политику всегда расходились, но мы могли ладить. Начавшаяся большая война в Украине всё изменила. Когда я сказала ему о зверствах российских солдат в Буче, он ответил, что я – нацистка, если верю в это. А ведь не так давно он приветствовал Майдан в Киеве и никогда не голосовал за Путина.

Я полагала, что образованные молодые люди или люди средних лет, живущие в крупных городах, всё понимают. Как оказалось, я глубоко заблуждалась. Когда моя родственница с радостью мне рассказывает, как стало чисто на улицах ее города и что общество в целом избавилось от тех, кому здесь не место, я не могу не проводить параллели с 1930-ми годами в Германии.

 

Для своих соотечественников, потребляющих российскую пропаганду, я стала прозападным врагом России. Я не готова сейчас слушать противоположную точку зрения на происходящее, потому что разговор идет не о мнениях, а о моральных ценностях. Откуда берется такая массовая вера в правильность политики государства, устроившего геноцид в соседней стране? Это ведь не времена национал-социализма, когда не было широкого доступа к источникам информации. Сейчас таких источников – смотри/читай что угодно!

А с отчимом мы продолжаем разговаривать, аккуратно избегая главную тему. Мы друг для друга, повторюсь, единственные близкие люди. Война когда-нибудь закончится, и не хочется рассориться окончательно. Даст бог, наши отношения сохранятся. Но послевкусие останется…

 

Когда мы ходили на протестные акции в 2011/2012 годах в России, мне запомнился плакат «Я так люблю свою страну, но ненавижу государство». Сегодня я часто думаю об этой фразе. Я по-прежнему люблю русский язык, читаю моему 2-летнему сыну книги на русском и слушаю отечественную музыку, ну и водку я люблю. Однако всё это никак не позволяет мне снять с себя ощущение коллективной ответственности, которую мы, граждане России, несем за весь кошмар, который происходит в Украине.

Я не хочу заглядывать далеко в будущее и думать, что будет там. Я хочу жить настоящим днем. Но всё же – что напишут в книгах по истории о 2022 году в разных странах?

 

Дмитрий (Виттен, 33 года, родом из Волгограда)

Отношения с родителями у меня всегда были тёплые, виделись почти каждые выходные. Наши политические мнения разошлись после Крыма. Отец слышал от крымского родственника, что большинство на полуострове действительно за Россию, я же считаю эту аннексию незаконной. Отношения резко обострились после 24 февраля. Моя жена – украинка, мы не выключали новостей и по много раз за день разговаривали с родственниками, живущими в Черкассах. И в этот момент мама обронила фразу «мы не знаем, где правда», что очень задело мою жену.

Через неделю я заехал к родителям на чай и сказал в разговоре, что Россия сделала колоссальную ошибку, пойдя за диктатором. Отец на это заявил: а ты пошел бы на фронт убивать своих одноклассников? Вопрос прозвучал нелепо: я в Волгограде успел поучиться только в первом классе, каких одноклассников я пошел бы убивать?

 

Пропаганда из ящика сделала свое дело, но я не опускаю руки. Мама последовала моему совету не смотреть русское телевидение и находит другие источники – «Deutsche Welle», например.

Вообще-то родители говорят, что они против войны, но высказывают мнения типа – «два идиота не могут договориться». Я им отвечаю: один идиот свихнулся под старость лет, пошел войной на соседа и хочет сжечь его родину. Какие тут могут быть договоры?

Я перестал общаться с тётей с Калининграда. Они там живут неважно, но сейчас твердят: Путин – наш президент. Им не приходит в голову, что русскоговорящие в Германии – не россияне. Я родился в России, переехал в Германию, провёл тут большую часть жизни. Бабушка с маминой стороны из Одессы, с папиной стороны почти все родственники немцы. Ещё есть русский дед. И кто я, русский?

 

Михаил (имя изменено)

Когда началась война, я испытывал шок и разочарование. Я поначалу думал, что все люди против войны, и уж после такого невозможно поддерживать Путина. Но оказалось, я заблуждался. Мои родители не то что не перестали его поддерживать, но стали делать это сильнее, будто гипноз стал работать более мощно, чем раньше. Если раньше мы политику не обсуждали, то теперь не обсуждаем ничего кроме неё.

 

С начала войны с каждым днём это отношение всё укреплялось, и люди вокруг стали всё больше превозносить Путина и агрессивно реагировать, если слышали мнение «против». Я говорил, что это ужас и что умирают мирные люди. Зачем это всё устроила Россия? На что мне отвечали: ты живешь под влиянием западной пропаганды и веришь в фейки. На самом деле русские стреляют только по военным объектам и мирных жителей не трогают, они добрые и только защищают русских от нацистов! Меня воспринимают как предателя родины, так как я не на стороне России. Я, мол, верю не тем людям, и когда-нибудь я обязательно пойму, что был не прав. А я, со своей стороны, надеюсь, что когда-нибудь лопнет пузырь пропаганды и они поймут, что на самом деле происходит. Ссоры доходили до разрыва, но мы стараемся всё же не потерять связь друг с другом.

 

Маша (имя изменено)

Мой парень ссорится со своей бабушкой и отцом. Они пересказывают ему услышанное по телевизору. Внушают: «не говорите по-русски на улицах, а то вас убьют или как минимум побьют». Уговаривают вернуться в Россию, мол, жизнь там лучше и перспективнее.

Разговоры доходят до крика – особенно с бабушкой. Она считает своего внука глупым, когда он рассказывает объективно о том, что происходит, в ответ несет стандартный бред про нацистов и т.д.

 

Его отец раньше как-то объективнее рассуждал про политику, у него одна дочь родилась и выросла в Украине, он сам очень долго жил и работал там. А теперь тоже про нациков какой-то бред несёт. При этом у него нацисты все, кто не русский. И немцы, и украинцы, и американцы – все.

Моя семья к событиям относится спокойнее. Моего мнения особо не спрашивают, только беспокоятся, как у меня дела, есть ли деньги и еда. Я знаю, что вся родня за Путина, но мы с ними прямо об этом не говорим. У меня есть родственник, состоящий в партии «Единая Россия». Я ему говорила не раз, что мне это не нравится. Но он видит в этом перспективу, ходил 9 мая в бессмертном, прости господи, полку. Моя мама, слава Богу, хотя бы в таком не участвует. Она и бабушка пассивно поддерживают эту гнусную историю.

 

Мы с моим парнем поражаемся, как быстро меняется мнение людей. Буквально за пару месяцев до войны наши родители были против Путина, поддерживали Навального, когда были митинги. И вот на тебе! Для нас это загадка, как люди одномоментно превратились в зомби.

 

Как можно продолжать общение с людьми, верящими российской пропаганде? (Марат Трусов – консультант по противодействию правому экстремизму, эксперт в сфере теорий заговора)

Как видно из приведённых выше примеров, общение с близкими, которые видят ситуацию через призму российской пропаганды, крайне тяжело. Различия в политических взглядах и в мирное время приводят к тяжёлым эмоциональным дискуссиям и конфликтам даже (или в особенности) между близкими людьми. Во время войны нахождение «по разную сторону баррикад» действительно перерастает в коммуникационное сражение.

Какие рекомендации можно дать людям, находящимся в такой ситуации?

 

В первую очередь нужна работа над собой. У вас должна быть чётко сформулированная позиция в отношении происходящего. Не обязательно иметь детальный геополитический анализ, но, как минимум, ясная антивоенная позиция, опирающаяся на факты необходима – это ваша исходная точка в любой дискуссии, к которой вы всегда можете вернуться и оперировать (антивоенная позиция никоим образом не затрагивает право Украины на оборону и сопротивление).

Нужно определить, с кем вступать в такого рода дискуссии, а с кем нет. Споры на тему войны – кто прав, а кто виноват – эмоционально и физически утомительны и затратны. Если пытаться поддерживать дискуссию с каждым встречающимся вам приверженцем кремлёвской точки зрения, у вас просто не хватит на это сил. В ситуациях, в которых вы не обязаны поддерживать контакт, лучше от таких дискуссий отказаться. В таких случаях достаточно обозначить свою позицию и несогласие с точкой зрения оппонента и отсутствие желания дискутировать на этот счет.

 

Как говорить с близкими и родственниками, с которыми не хочется прерывать отношения?

Если дискуссии неизбежны либо вы хотите переубедить близкого человека, необходимо учитывать следующее:

– быстрое переубеждение невозможно;

– дискуссии зачастую перерастают в эмоциональный конфликт с переходом на личности;

– аргументы и факты зачастую не играют никакой роли.

 

Имеет смысл в подходящий момент обсудить проблемы такой коммуникации с вашими близкими. Для них не будет секретом, что вы придерживаетесь других взглядов, но понимание того, что вы не хотите им ничего плохого и страдаете от сложившейся ситуации, возможно, обострят восприятие на уровне эмпатии.

Следует обговорить правила на тот случай, если вы будете дискутировать снова (не нападать друг на друга, дать человеку договорить, уважать другую точку зрения и т. д.). Если любые ваши разговоры перетекают в политические дебаты, предложите взять паузу и не общаться на политические темы.

Надо понимать, что люди, оправдывающие нападение России на Украину, зачастую придерживаются именно той точки зрения, которая сформулирована для них российской пропагандой. То есть мы имеем дело не с обоснованным личным мнением, а с репродукцией пропагандистских штампов и идей, которые человек принимает за результат собственной умственной деятельности.

 

Необходимо набраться терпения и ждать. Переосмысление впитанных идей – долгосрочный процесс и не всегда происходит сам по себе. Наступит момент, когда у ваших близких накопится столько противоречий, что оправдывать их пропагандистскими штампами уже не получится.

Помните, что в любой ситуации нельзя забывать о себе и своём собственном состоянии (физическом и психическом). Не стесняйтесь обращаться за помощью к специалистам, друзьям, людям, которым вы доверяете.

 

Юрий Кротов (Кёльн)

 

Читайте также:

  1. Владислав Иноземцев о новой волне эмиграции из России. Журнал «Партнёр», №7/2022. Автор Е. Зеликова
  2. Война в Украине. Журнал «Партнёр», № 7 / 2022. Автор Г. Калихман

<< Назад | №8 (299) 2022г. | Прочтено: 140 | Автор: Кротов Ю. |

Поделиться:




Комментарии (0)
  • Редакция не несет ответственности за содержание блогов и за используемые в блогах картинки и фотографии.
    Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

Время читать. Интервью с Борисом Акуниным

Прочтено: 269
Автор: Ухова Н.

Дракон: убедить или убить?

Прочтено: 191
Автор: Мучник С.

Над пропастью во лжи

Прочтено: 163
Автор: Кочанов Е.

Жилье для беженцев с Украины

Прочтено: 158
Автор: Филимонов О.

Симптомы войны

Прочтено: 155
Автор: Дагович Т.

Окончательное решение

Прочтено: 144
Автор: Мучник С.

Чужие среди своих

Прочтено: 140
Автор: Кротов Ю.

Бог войны

Прочтено: 117
Автор: Мучник С.

Дневники войны

Прочтено: 95
Автор: Груздева Е.

Как это было. Рассказы очевидцев

Прочтено: 81
Автор: Нахт О.

Война в Украине. Спор славян между собою?

Прочтено: 68
Автор: Мучник С.

Мир после Путина

Прочтено: 60
Автор: Когосов Л.

Как поддержать Украину?

Прочтено: 52
Автор: Вайсбанд Д.

О восстановлении Украины

Прочтено: 42
Автор: Вайнблат Б.