Русский Deutsch
Menu
Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Культура >> Театр, кино, телевидение
Журнал «Партнер» №2 (173) 2012г.

Сергей Юриздицкий "Возможность создать реальность"


Сергей Петрович Юриздицкий - кинооператор, педагог. С 1980-го - оператор-постановщик «Ленфильма». Работал с А.Сокуровым, А.Кайдановским, А.Эшпаем и др. Лауреат премии за лучшую операторскую работу: премия Союза кинематографистов СССР (фильм А.Сокурова «Дни затмения»), премия имени А.Москвина («Замок» А.Балабанова), премии фестивалей «Киношок» («Летние люди» С.Урсуляка и «Элизиум» А.Эшпая), кинопремия «Золотой овен» («Русский бунт» А.Прошкина).

 
С Сергеем Юриздицким беседовала

Елена Мадден (Берлин)

Елена Мадден: В американском английском есть понятия cinematographer (Kameramann - в немецком), camera operator (Kameraoperateur, Schwenker - в немецком). Есть еще director of photography (в немецком - Bildgestalter, Bildautor). Как всё это соответствует русским терминам? У «русского» оператора те же задачи, что у английского, американского или немецкого?

Сергей Юриздицкий: Cinematographer - это профессия, не должность. Он может быть director of photography (DOR), может быть оператором Second Unit, может заниматься просто перемещением аппаратов под руководством DOP, то есть быть camera operator. По идее в большом американском голливудском кинематографе DOP камеру не передвигает - занимается изображением в целом. Он сидит рядышком с режиссером, они следят за всеми мониторами - как перемещаются 4-5 камер. И есть ребята, которые бегают с аппаратами. DOP это делать не обязан.

В России есть оператор-постановщик, есть второй оператор, есть еще оператор за камерой. Когда я снимал «Мурку» (фильм «Гармония. Город счастья» - Е.М.) с Хохловым в Петербурге, у нас было 3-4 камеры, я управлял одной из них, но мне было очень трудно, мне очень хотелось к монитору: я не знал, что делают остальные.

С другой стороны, часто оператор и на Западе - за главной камерой. Например, когда Тарковский работал с Нюквистом, Нюквист был за камерой. И когда Нюквист снимал для Бергмана телеверсию фильма «Фанни и Александр», было несколько камер. Возможно, Нюквист некоторое время проводил у монитора, но в фильме о фильме Нюквист - за камерой. И в России в фильмах Юсова были кроме него еще операторы, но и он был за камерой. И я - когда снимал Эшпаю последний фильм...
Е. М.: Я помню, Эшпаю Вы снимали «Униженных и оскорбленных», с Настасьей Кински и Никитой Михалковым, и не так давно – «Элизиум»... Андрей Андреевич - сын композитора?
С.Ю.: Да... «Элизиум» был задуман как огромные сцены по 9-10 минут, снятые непрерывно; идея взять парня на камеру была конструктивной: молодой крепкий парень мог бегать по этим лестницам вверх-вниз... Но совершенно невозможно было объяснить ему, что делать 10 минут с аппаратом. Работа была настолько связана с особенностями персонажей и тонкими вопросами композиции, что невозможно было никому отдать камеру.

Мне кажется, важно иногда быть за камерой. Это - как в истории с Чапаевым: надо быть то на боевом коне, то на горке стоять...

Е. М.: Вопрос о мере свободы оператора, о его роли в кинокоманде: он - орудие в руках режиссера, инструмент его воли? Насколько оператор - свободен?

С. Ю.: Что касается воли режиссера и роли оператора, - есть разные режиссерские темпераменты и разные рычаги, с помощью которых режиссер влияет на оператора.

Мой первый серьезный опыт был связан с Сокуровым. Сокуров готовил оператора, настраивая его на волну общих представлений о том, чем мы собираемся заниматься. Это было связано с просмотром живописи, с разговорами вокруг темы. Он никогда ничего не навязывал, внимательно слушал - мы находили общий язык. Потом моя инициатива по построению кадра принималась или не принималась, но уже на основе того, что мы оба думаем о главном одинаково.

Возможны и другие варианты. Я встречался с режиссерами, которые четко представляют себе характер изображения. Есть режиссер Лопушанский, он работает с самыми разными операторами, но изображение у него всегда более-менее одинаковое, поскольку он хорошо представляет себе, что ему нужно.

Е. М.: Несколько Ваших фильмов отмечены премиями, кроме того, Вы сами однажды были в жюри. Когда работа оператора оценивается (например, на фестивалях), что ценится в первую очередь: мастерство и чистота выполнения работы, внятность изображения (как сейчас говорят), эксперименты, открытия? Когда жюри обсуждает операторскую работу, какие критерии действуют?

С. Ю.: Новизна, сила изображения. Отличие от потока. Операторская работа должна удивлять изобразительными открытиями, изобразительной идеей.

Е. М.: Кшиштоф Кешлёвский в 1979-м сделал фильм «Кинолюбитель». Там есть такой эпизод: от героя уходит жена, оборачивается на пороге - и видит: он, изобразив пальцами рамку, ловит ее в кадр, как бы мысленно строит кадр. Это, наверное, радикальный пример одержимости делом, даже в драматическую минуту личной жизни. А у Вас - Вы разводите личное и профессиональное?

С. Ю.: Внутренне - разделяю. Конечно, мы вместе учились с женой, Вика снималась в моих первых фильмах, мы стали вместе работать, были завязаны в общем деле, но моя частная жизнь для меня не была частью профессии.

Е. М.: Вашу камеру, Ваш «кино-глаз», Вы с собой не носите?

С. Ю.: Камеру я с собой не ношу. Теперь появились телефоны, которые позволяют оперативно снимать, но тем не менее я этого не делаю. Я жалею об этом: очень много упущенного... Я думал одно время, что какие-то мотивы (как немцы называют; по-русски – «натуру») можно хотя бы фотографировать и записывать, где это было, чтобы, если нужно будет, туда вернуться. Но я такого архива от лени никогда не создавал. И много раз забывал, где видел интересные объекты, то есть где можно было бы что-то снять. С другой стороны, объекты меняются со временем, и всё равно нужно каждый раз искать новое...

Е. М.: Ваш долгий стаж настраивает на вопросы обобщающие. Как меняются кинопринципы, киноустановки, в чем, по-Вашему, смысл перемен?

С. Ю.: Прежде всего: в кино всё меняется, как и в других сферах, по спирали, в этом смысле новое не появляется.

Развитие в кино происходило, с одной стороны, в направлении создания киноязыка: чтобы публика могла понимать происходящее, исходя из киноязыка - из опыта своего восприятия. А с другой стороны, дальнейшие открытия были нарушением этого киноязыка - ради того, чтобы открыть суть вещей, суть мира; чтобы картинка соответствовала действительности...

Киноязык создавался точно так же, как и другой язык. Из нечленораздельных звуков возникали звуки полезные, потом они становились словами. То же самое произошло в кино.

Появилась возможность фиксировать действительность, и сначала никому не приходило в голову, что нужно способ этой фиксации интерпретировать, менять. Поэтому - стоял аппарат, а двигались персонажи. Это уже было трюком. Потом Гриффиту пришла в голову идея лицо снимать крупно, что вызвало шок у зрителей. Они это воспринимали как отрезанную голову, поскольку в рамке видели человека без тела. Это было шоком - и это было открытием. (Ведь всё неназванное не существует...). Лишь потом крупный план стал общим местом...

А еще - с самого начала развитие пошло по двум направлениям. Были два режиссера, был Мельес, и были Люмьеры. Люмьеры изображали действительность, а Мельес создавал сказочную реальность.
Кроме того, встает вопрос, что нужно публике - и какой публике...

Е. М.: А в киноискусстве сегодня - что Вам кажется новым и интересным?

С. Ю.: У меня это решается не через голову, не через анализ - я что-то делаю потому, что мне этого хочется.

Вообще, об этом же я прочитал у двух операторов, Долинина и Лебешева. Долинина однажды спросили, что его интересовало в фильме, как он представлял изобразительные средства. Он сказал: «Меня интересовало положение красного пятна в кадре». Вот он чем занимался! А Лебешев как-то сказал: интересный фильм получается, если возникает контрапункт действий оператора и режиссера. Один занимается изменением крупности, органичным для эпизода, другой - драмой отношений между героями.

Оператору нельзя воплощать напрямую то, что ему задано режиссером, нужно чем-то своим заниматься. Я всегда занимаюсь своим. Например, тем, как будут «работать» свечи. Ну как это связано с тем, что именно Пугачев кому-то скажет?.. Режиссер даже не может вмешаться в это поле деятельности: ну горит свет и горит, светло, видно (или не видно)... А мне как раз важно не то, что актеры говорят.

Повернулся герой - блик пошел, мне надо его добавить или снизить его интенсивность для картинки. Каким-то образом это связано с тем, что они говорят, конечно...

Е. М.: Расскажите, пожалуйста, подробнее о каком-то Вашем удачном опыте «контрапункта» оператора и режиссера. Чем Вам было интересно заниматься?

С. Ю.: У меня была интересная задача в «Летних людях» (это фильм Сергея Урсуляка, по »Дачникам» Горького). У Урсуляка были использованы артисты из его театра, и он ими занимался вплотную. Конечно, он говорил, что он хочет по каждой сцене... но создание движения, портретов целиком было на мне, и это было прекрасно. Не было конфликтов, и это была хорошая работа.

Мы снимали в совершенно темном натурном интерьере, находящемся среди очень высоких елей. Не русские ели, а такие невероятной высоты столбы, как сосны, полностью закрывают небо, среди них стоит дом деревянный, который мы выбрали как русскую усадьбу... в Чехии (в России уже было очень холодно и дождливо). Там было очень темно, а задача была - создать естественное, красивое освещение этого интерьера. Так вот, весь свет в этом интерьере - рукотворный. Солнце, отражения, блики в фильме - всё руками сделано. Страшно было интересно.

Вообще, когда у оператора есть возможность создать реальность, это самое интересное. Это может быть реальность, приближенная к какому-то представлению об обычном сером бытии, или к представлению о какой-то красочности его, бытия, ну, это уже разные подходы. Проблема создать реальность - это профессиональная задача, которая может очень увлекать...





<< Назад | №2 (173) 2012г. | Прочтено: 525 | Автор: Мадден Е. |

Поделиться:




Комментарии (0)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Последние прокомментированные

Закон о воссоединении семьи

Прочтено: 1771
Автор: Пуэ Т.

Израильский министр отвечает на вопросы «Партнёра»

Прочтено: 553
Автор: Редакция журнала

Европейские газеты много лет назад

Прочтено: 599
Автор: Баст М.

Знание и жизнь

Прочтено: 510
Автор: Мучник С.

Воссоединение семьи с иностранцем

Прочтено: 366
Автор: Овчинская Ю.

Спорт, спорт, спорт ...

Прочтено: 235
Автор: Кротов А.

Наш групповой портрет

Прочтено: 422
Автор: Мучник С.

На экранах кинотеатров

Прочтено: 360
Автор: Шкляр Ю.

Без страха - о депрессии

Прочтено: 406
Автор: Бальцер Т.

Трудовая добавка к пособию

Прочтено: 921
Автор: Миронов М.

Искусство дарить подарки

Прочтено: 416
Автор: Охлопков Н.

Сосед по даче

Прочтено: 569
Автор: Калиниченко А.

На пенсионном фронте грядут перемены

Прочтено: 805
Автор: Горелик В.

Кроссворд

Прочтено: 391
Автор: Кротов А.

Кусочек истории по сходной цене

Прочтено: 468
Автор: Ротарь Е.

Больной в статусе

Прочтено: 821
Автор: Филимонов О.

Река времен: февраль

Прочтено: 535
Автор: Воскобойников В.

Новости

Прочтено: 389
Автор: Кротов А.

Все работы хороши!

Прочтено: 821
Автор: Кримханд В.

СвДП: есть такая партия?

Прочтено: 541
Автор: Карин А.