Русский Deutsch
Menu
Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
История >> Неизвестное об известном
Журнал «Партнер» №10 (217) 2015г.

Фуггер – финансовый гений раннего Возрождения

По следам легендарного Якоба Фуггера

 Грета Ионкис (Кёльн)



 

В немецких городах с двухтысячелетней историей: Кёльне, Трире, Ксантене – я с восторгом созерцаю «священные камни Европы», что хранят следы римского присутствия. А вот в швабском Аугсбурге, основанном римлянами еще во времена императора Августа, я искала и находила следы Якоба Фуггера по прозвищу Богатый, чей портрет написал великий Альбрехт Дюрер, и бюст которого, единственного финансиста, стоит неподалеку от Гёте и Фридриха Великого в Валгалле – Зале славы германского народа.

 

Родословная человека, сделавшего самого себя

С портрета Дюрера глядит волевое суровое лицо: проницательный взгляд светлых неулыбчивых глаз, плотно сжатые тонкие губы... Когда дед нашего героя, деревенский ткач Ганс Фуггер объявился в Аугсбурге, он не был совсем уж бедняком, судя по тому, что в налоговой книге за 1367 год появилась запись, что с него получено 44 пфеннига. После того как я узнала, что в день, когда Мозес Мендельсон вошел в прусский Берлин, таможенник при Розентальских воротах сделал запись: «Сегодня здесь прошли 6 быков, 7 свиней и 1 еврей», и запись сохранилась с 1743 года, меня не удивляет сохранность налоговой книги ХIV века. Таков немецкий Ordnung!

 

Вступив в цех ремесленников-ткачей, Ганс дважды брал в жены их дочерей, бережно относился к деньгам и так преуспел в своем деле, успешно внедряя, как теперь бы сказали, всякие ноу-хау, что через 20 лет уже обладал капиталом в 2000 гульденов. Его сыновья, Андреас и Якоб, к середине ХV века занимали в городской иерархии 5-е место по размерам состояния. Неплохо для купцов из простолюдинов! Правда, вскоре пути братьев разошлись, но оба действовали весьма успешно. Их фирмы были заняты торговлей хлопком, пряжей и тканями, в том числе шелком, бархатом, атласом. Орбита их коммерции расширилась от Аугсбурга до Венеции, от Милана до Нюрнберга, от Италии до Нидерландов. У каждого из них подрастали сыновья-наследники. Сыновья и внуки Ганса Фуггера вели дела семейно, вкладывая деньги в семейный бизнес. Время работало на них: в Италии уже занялась заря Возрождения. Для человека способного и предприимчивого, обладавшего даже небольшим капиталом, открывались перспективы фантастические.

 

Финансовый гений раннего Возрождения

Якоб Фуггер-младший, родившийся в 1459 году, 14-летним отроком был отправлен отцом в Венецию, крупный центр европейской торговли. Там к 18 годам он прошел курс обучения бухгалтерскому делу. Там-то он и стал истинным человеком Возрождения, открытым новациям, смелым, готовым выйти за грань. Ему исполнился 21 год, когда он встал во главе фирмы. Старшие братья, Ульрих и Георг, были его верными помощниками. Хорошо чувствующий конъюнктуру рынка, способный на риск, Якоб к торговле тканями присоединил более прибыльную торговлю восточными специями (перцем, гвоздикой, шафраном), отправив своих агентов в Гоа и Кохинхин (Южный Вьетнам), где были созданы торговые базы, что сразу принесло огромную прибыль. В дальнейшем в орбиту его торговых интересов войдут и ювелирные изделия, и меха, и экзотические фрукты, и ковры, и гобелены. Естественно, расширится география его торговых и денежных связей.

Первый контакт у Фуггеров с Габсбургами состоялся в 1473 году, когда король Фридрих III пожелал одеть свою многочисленную свиту, по случаю сватовства сына Максимилиана, в одежду определенного цвета. Ульрих поставил необходимую ткань, угодил сиятельному заказчику и был пожалован щитом с лилиями.

Молодой Якоб Фуггер, воспользовавшись тем, что папский указ на запрет ростовщичества утратил силу (христиане его обходили и раньше), понимая значимость денег в новое время, занялся финансовыми операциями. Герой Бальзака, финансовая акула Нусинген, руководствуется одним принципом: 10 франков лучше 5, потому что из 10 можно сделать 30, а из 5 – лишь 15. Не будучи «Наполеоном биржи», как Нусинген, Якоб Фуггер постиг эту науку тремя веками ранее.

 

Карл Маркс справедливо заметил, что методы первоначального накопления – это что угодно, но только не идиллия. Тут нужна особая хватка, и у Якоба Фуггера она была. Еще до того, как сила рыцарского меча уступила место силе денег, он понял, что нужно наращивать капитал. Он постиг философию денег. Позже ее сформулирует бальзаковский Гобсек: «Из всех благ есть только одно, достаточно надежное, чтобы стоило человеку гоняться за ним. Это – золото. В золоте сосредоточены все силы человечества. Нет отказа тому, кто затягивает и развязывает золотой мешок».

 

По всей Европе в ту пору возникали новые производства, и Якоб Фуггер стал вкладывать деньги в горное дело. Ссудив значительную сумму эрцгерцогу Тирольскому Сигизмунду, братья получили от него право на разработку серебряных и медных залежей в Тироле. К 1488 году они прибрали к рукам всю добычу этих металлов. А после того как запутавшийся в долгах Сигизмунд в 1490-м отрекся от трона в пользу короля Максимилиана, перенявшего часть его долга Фуггерам, братья получили доступ к залежам меди в Венгрии, а затем и в Словакии. Деньги должны работать. Фуггеры строили новые плавильни, кузни, а при необходимости мостили дороги для доставки металла. Не только добычу, но и торговлю металлом они держали в своих руках, а потому филиалы их фирм появились в Бреслау, Лейпциге, Кракове, Будапеште. В северных приморских городах – Данциге, Штеттине, Любеке и в портах Адриатики – у них были свои конторы, фрахтовавшие суда и занимавшиеся переправкой меди и серебра в Амстердам и Венецию. После смерти старших братьев Якоб принял на себя всю заботу о растущей торгово-промышленной империи. Он был настоящим стратегом. Финансист превратился в титана.

Доходы приняли баснословные масштабы, Якоба Фуггера называли аугсбургским Крезом. Он стал личным банкиром и кредитором императора Максимилиана. Он оплачивал расходы на проведение рейхстагов, субсидировал военные походы против Швейцарии, Франции и Италии. Последний увенчался в 1508 году присоединением к германской короне Триеста. Не удивительно, что Максимилиан пожаловал Якобу графский титул, что обошлось в немыслимую сумму (в счет погашения значительной части долга императора). У Якоба Фуггера появился герб, и в новом качестве он стал скупать земли в Швабии, став еще ко всему и крупным землевладельцем. При случае семейство Фуггеров вспоминало, что «они купцы» и объявляло императора неисправным должником, как простого смертного. Когда Максимилиан решился на второй брак с племянницей герцога Лодовико Сфорца, всесильного властителя Милана, Якоб Фуггер принял на себя все расходы по свадьбе. В Милане у него были свои интересы.

 

Фуггер способствовал возвышению Габсбургов. Благодаря его деньгам императорскую корону после смерти Максимилиана получил его племянник Карл V, король Испании и герцог бургундский. Победа далась нелегко. Максимилиан умер в январе 1519 года, не выплатив долг Фуггеру в 350 тысяч гульденов. Римский Папа Лев Х из рода Медичи, утонченный флорентинец, опасавшийся возвышения Испании с ее фанатизмом и инквизицией, поддерживал другую кандидатуру – короля Франции Франциска 1, а так как император получал корону не по наследству, а путем выборов, то Папа, человек Ренессанса со всеми его достоинствами и пороками, не погнушался подкупить курфюрстов-выборщиков, кстати, деньги были взяты в долг у Фуггера. Третий претендент саксонский курфюрст Фридрих Мудрый, покровитель Лютера, снял свою кандидатуру, не желая попадать в кабалу к Фуггеру. Хотя католик Якоб Фуггер был банкиром Льва Х, чеканил его монету, содержал швейцарскую гвардию Ватикана и не один год вел финансовые дела с папской курией, за что получил на откуп продажу индульгенций в швабских землях и титул графа Палатинского, взвесив всеpro и contra, сделал ставку на племянника усопшего императора, понимая, что союз с Карлом V открывает перед ним неслыханные горизонты. В 1520 году Карл V был коронован в Ахене.

 

Лютер, начавший Реформацию в 1517 году и отлученный Папой от церкви, проклинал не только ее главу, но постоянно обличал Якова Фуггера в корыстолюбии и иначе как ростовщиком его не называл. Но был момент, когда их интересы совпали. Когда в 1524 году началась Крестьянская война, задевшая в основном южногерманские земли, а эпицентром пожара оказались Швабия, Тироль и Нижняя Франкония, то католик Фуггер выделил деньги Швабской лиге на подавление бунтующих крестьян. Лютер, пробудивший крестьянскую массу, обращаясь к дворянству, призвал убивать восставших, как бешеных собак, и добавил: «Их кровь на мне!» Потрясенный Эразм Роттердамский написал ему: «Ты не хочешь признать этих бунтовщиков своими учениками, но они-то признают тебя своим учителем!» Таковы парадоксы истории!

 

Был ли Якоб Фуггер немецким Медичи?

В популярных и рекламных статьях нет-нет да мелькнет утверждение: «Фуггер – немецкий Медичи». Согласиться с этим невозможно. Да, впитавший в годы обучения в Италии дух Ренессанса, Якоб Фуггер, обладая огромным состоянием, открыл итальянской культуре ворота в Германию. Да, он оценил дарование Дюрера, с которого началось здесь Возрождение. После смерти братьев Георга и Ульриха, Якоб для их погребения приобрел придел в церкви кармелитского женского братства (ныне св. Анны). В 1509-12 гг. там была возведена роскошная капелла по проекту Альбрехта Дюрера, где в 1525 году упокоился сам Якоб. Это было первое сооружение в духе Высокого итальянского Возрождения к северу от Альп. Лучшие мастера трудились над росписями, лепниной и скульптурными украшениями капеллы.

 

Первым восхищенную запись о ней оставил французский гуманист Мишель де Монтень, автор известных «Опытов». В 1580 году, путешествуя по Германии, он попал в Аугсбург и был потрясен богатством Фуггеров и совершенно особым положением, которое эта семья занимала в имперском швабском городе.

 

Он побывал во Дворце Фуггеров. Когда он вошел в один из трех его внутренних двориков, парадный, украшенный аркадами и фресками, античными скульптурами и экзотическими растениями «Дамский двор», ему показалось, что он во Флоренции: это был настоящий итальянский Ренессанс. Фасад трехэтажного дворца, выходивший на Винный рынок, расписанный сценами на мифологические и исторические сюжеты, поражал масштабами и стройностью. Он состоял из трех примыкающих друг к другу идентичных зданий под общей крышей. Боковые дома Якоб отвел семьям покойных братьев. В центре же находилась его резиденция.

 

После смерти Якоба, не имевшего наследников по мужской линии, его дело отошло племяннику Антону, за спиной у которого было два солидных образования по экономике торговли. Знаний он набирался в Венеции, Нюрнберге, Бреслау и Риме, тем не менее «шапка Мономаха» была ему тяжела, не было дядиной хватки. Правда, он продолжал украшать дворец. Его ведь посещал и Карл V, и другие представители дома Габсбургов. Для знатных гостей Антон отстроил парадные покои.

 

В этом дворце Карл V в 1530 году проводил рейхстаг, где предпринималась попытка примирить католиков и протестантов. Лютер как «еретик» присутствовать не мог, его заменил Меланхтон, который изложил основы лютеранства («Аугсбургское вероисповедание»). Здесь же в 1555 году заключался Аугсбургский религиозный мир, что не спасло Германию и Европу от Тридцатилетней войны.

 

Когда Монтень оказался во Дворце, уже и Антон отошел в мир иной, потому трудно сказать, насколько волею наследников изменился облик главного зала. В его дневниковой записи отмечено следующее: «Роскошные панели, выше – кожаные тисненные золотом обои, изысканная деревянная резьба, широкие окна. Вдоль стен – массивные кресла, обитые красным бархатом. В углу – огромный сейф. Главное место занимает массивный письменный стол со столешницей из редкого мрамора, опирающийся на четырех львов черного дерева. Под столом, на темном полированном полу – львиная шкура, а позади высокий стул с врезанным в спинку фуггеровским гербом».

 

Сюда приходили когда-то купцы и дипломаты в поисках финансовой помощи. Сюда поступали доклады-отчеты агентов из Мексики и Индии, Персии и России, Аравии, Индии, Китая, Англии, Италии, где у Фуггера были или могли появиться свои интересы.

 

А с 1542-го сюда в течение 7 лет по приглашению Антона Фуггера регулярно являлся служащий городского совета Клеменс Йегер, создавший рукописную книгу DasEhrenbuchderFugger– Почетную книгу Фуггеров, фамильную родословную. Это сокровище поначалу и впрямь хранилось в том сейфе, что приметил Монтень.

Не менее значимо собрание цветных гравюр на медиFuggerorumetFuggerarum ... Imagines, начало которому было положено в 1592 году стараниями гравера Доминикуса Кустоса. Гравюры запечатлели образы представителей разветвленной династии Фуггеров во многих поколениях.

 

Фуггер положил начало личной библиотеке, которая была приумножена его потомками и стала крупнейшим книжным собранием Центральной Европы.

Но всё это не ставит знак равенства между ним и Медичи.

Начнем с происхождения: Лоренцо Медичи – потомственный патриций, Фуггер – из рода ремесленников-ткачей. Лоренцо Медичи – романтически настроенный поэт, утонченный гедонист, склонявшийся к идеалистической философии с мистическим оттенком, что не мешало ему быть трезвым и жестким политиком, единовластным правителем Флоренции. Его роскошный дворец – храм искусств, он – щедрый меценат, покровитель Боттичелли и юного Микеланджело, он окружен философами, поэтами. Библиотека Лоренцо Медичи не имела равных в Италии. Не зря его прозвали Великолепным. Лоренцо любил тратить, но не умел считать и делать деньги. При нем банк Медичи прогорел.

 

Якоб Фуггер, далекий от философии и художественного творчества, был полной противоположностью Медичи. Куда менее образованный, непритязательный в быту, он день за днем, год за годом проводил в трудах и стал творцом мощной торгово-финансовой империи, над которой, если учесть географию его связей, и впрямь никогда не заходило солнце. «Капитан своей души, / Своей судьбы хозяин властный», он не нуждался в уподоблении Медичи. С него достаточно того, что он – Якоб Фуггер!

 

Fuggerei – памятник при жизни финансисту, титану, стоику

У Монтеня были свои предпочтения, а меня в 2008 году просто сразилFuggerei. В немецком языке есть вполне переводимые сходные слова: Bäckerei – булочная, Molkerei– молочная, Druckerei – типография. По смыслуFuggereiэто поселок Фуггера.

 

В 1615 году он основал фонд для строительства поселка для бедных граждан Аугсбурга, многие из которых прежде работали на его ткацких фабриках. Была куплена земля. Согласно утвержденному хозяином плану, в течение 6 лет было возведено 52 типовых двухэтажных домика под черепичными крышами. В каждом – 2 квартиры по 60 кв.м с отдельным входом. Они расположились на шести улицах. Поселок огорожен – городок в городе. В стенах – семь запирающихся на ночь ворот, при одних – ночной сторож. Рядом с главными ныне воротами внутри поселка поднялась в конце ХVI в. небольшая кирха, а по другую сторону – контора и дом управляющего домами. Одновременно в поселке могли проживать 150 человек. Плата за проживание была чисто символическая – гульден в год, она шла на поддержание домов в надлежащем виде. Было поставлено одно условие: проживающие в поселке должны были трижды в день читать молитву за здоровье хозяина и его семьи. Это не была богадельня и не дома призрения. Обитатели жили достойно. Среди старейших жителей – прадед Моцарта с семьей, он был строителем.

 

Это первый и старейший в мире социальный поселок, созданный по личной инициативе благотворителя, и яркий пример того, к чему может привести забота о спасении души. Поселок немало претерпел в огне и пожаре Тридцатилетней войны (1618-1648) и пострадал от бомбардировок в конце Второй мировой войны, но был отстроен потомками Фуггера, которые и сегодня являются опекунами фонда. До сих пор соблюдается договор: годовая арендная плата за квартиру – около одного евро. И молитвы возносятся.

 

Fuggerei– не музей, а жилой массив. Жители притерпелись к толпам туристов, которые могут появляться здесь лишь в определенное время, не нарушая покоя обитателей. Я свободно бродила по улочкам, отвечала на приветствия, беспрепятственно фотографировала, не встречая косых взглядов.

 

В поселке имеется музей, входная плата в который вдвое превышает квартирную плату проживающих. В музее можно увидеть, как выглядело убранство квартир времен Якоба Фуггера, начиная от кровати и кончая кухонной утварью. Мы покидали музей, сопровождаемые внимательным взглядом хозяина. Он смотрел нам вслед с портрета Дюрера.




<< Назад | №10 (217) 2015г. | Прочтено: 86 | Автор: Ионкис Г. |

Поделиться:




Комментарии (0)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Последние прокомментированные

Германия под напором беженцев

Прочтено: 723
Автор: Кротов А.

Беседа с Евгением Евтушенко

Прочтено: 203
Автор: Хеккер Т.

Аренда жилья станет дешевле

Прочтено: 347
Автор: Миронов М.

Два знаменитых мошенника

Прочтено: 258
Автор: Воскобойников В.

«Интеграция людей с ограниченными возможностями»

Прочтено: 180
Автор: Редакция журнала

Создательница тэтчеризма

Прочтено: 64
Автор: Воскобойников В.

На экранах кинотеатров

Прочтено: 83
Автор: Шкляр Ю.

Знание и жизнь

Прочтено: 70
Автор: Мучник С.

Смерть поэта на переломе эпох

Прочтено: 52
Автор: Воскобойников В.

18-летие «Партнёра» на Мозеле

Прочтено: 96
Автор: Ухова Н.

«Наш ребенок спасен!»

Прочтено: 81
Автор: Редакция журнала

«Я был воинствующим пацифистом»

Прочтено: 121
Автор: Парасюк И.

Новости

Прочтено: 137
Автор: Редакция журнала

Криминальная хроника

Прочтено: 92
Автор: Дебрер С.

Crazy Fish – «съедобный» силикон

Прочтено: 70
Автор: Метцгер В.

Проблема беженцев в зеркале немецкой прессы

Прочтено: 228
Автор: Калихман Г.

Федеральные земли. Кто кому помогает

Прочтено: 83
Автор: Листов И.

Кроссворд

Прочтено: 60
Автор: Кротов А.