Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
История >> Люди, вошедшие в историю
«Партнер» №10 (301) 2022г.

Про грустное. Но больше про веселое. Памяти Войновича

В сентябре великому Владимиру Николаевичу Войновичу исполнилось бы 90 лет. Представить невозможно. Настолько он был не про возраст и старость, а как раз про молодость, любовь, энергию. А еще про порядочность, мужественность, честность...

 

Всё думаю, что сказал бы Владимир Николаевич о страшных событиях, которые происходят сегодня. Как ужаснулся бы, узнав, что российские войска вторглись в Украину, атакуют его любимое Запорожье.

Иногда мне даже кажется, что он благодаря своему авторитету и мужеству смог бы как-то предотвратить эту катастрофу. Которую вообще-то предвидел. Поскольку про Россию всё понимал. Ровно десять лет назад сказал мне в интервью для Новой газеты:

– Все империи распадались, а Россия даже в таком виде, в каком она осталась после Советского Союза, все еще империя. Я бы сравнил ее с плотом, который состоит из разнородных подручных плавсредств: какие-то тазы, корыта, надувные матрасы, бревна, связанные веревками, которые намокли, сгнили, уже не держат, и в конце концов этот плот разорвется, и каждая часть будет тонуть в одиночку.


И на вопрос, что может сделать писатель в этих условиях, ответил спокойно и честно.

– А я не знаю, что может писатель сделать. Я никогда не ощущал себя учителем. Никогда не хотел стать ни лидером, ни властителем дум и не лез на баррикады. Но поставил себе задачей не кривить душой и говорить только то, что считаю правдой. Так и делал. Подправив Державина, скажу, что истину царям и всякой сволочи с улыбкой говорил.

 Нашла эту цитату и подумала, что он бы не молчал. Сказал бы правду, смеясь над преступными правителями.

Что Владимир Николаевич умел здорово – так это смеяться. Собственно, если я рассказываю о Войновиче – то начинаю всегда с этого. И сейчас мне хочется вспомнить одну историю, которую я когда-то назвала «Чаевые от Войновича» и которая произошла в один из счастливых дней его пребывания в Мюнхене.

 

Счастливых – потому что с появлением В. Н. начинался праздник. Для дочки Оли, живущей в столице Баварии, – в первую очередь. Ну, и для всех, кто очень любил Войновича. А таких тут много. И было, и есть. Впрочем, как его не любить...

Умный – да, это понятно. Мудрый – наверное, это будет правильнее. Веселый. Доброжелательный. Абсолютно лишенный какого-либо снобизма. Потому что интеллигент. Потому что юмор и самоирония, как мне кажется, – определяющие черты его характера. И пафос любой – абсолютно не его формат.

Ну и самое главное: Войнович, может быть, лучший современный русский писатель. «Чонкин» – просто чудо. Любимая книга миллионов людей. (Написала и испугалась: решила, что погорячилась с миллионами. А народ поспрашивала: ничего не преувеличила. Все – «за»! Даже название этой книжки полностью приводить не стала. Любой читающий человек в курсе.)

 

Про знаменитую его песню, которая стала гимном космонавтов, – вообще не говорю.

«Я верю, друзья, караваны ракет / Помчат нас вперед от звезды до звезды. / На пыльных тропинках далеких планет / Останутся наши следы». Тут и совсем далекие от литературы – цитировать будут без запинки.

Роман «Москва 2042» – великое прозрение.

Пьесы – смешные невероятно. Сценичные очень. Провидческие тоже. «Трибунал» читали?

Ранние повести – просто глоток воды незамутненной. (Вспомните «Два товарища», «Мы здесь живем» и – моя самая любимая – «Хочу быть честным»).

Роман «Автопортрет» – могу перечитывать сколько угодно раз.

И последняя его книга «Малиновый пеликан», необычный сплав реальности и антиутопии, смешная и трагическая одновременно, – тоже вещь необыкновенная.

 

Когда Владимир Николаевич стал о ней рассказывать – заволновалась я чрезвычайно. Там главный герой боррелиозом заболевает. Клещ его укусил. Ну, и сразу в Склифосовского...

Я-то позавидовала и закричала Войновичу, откуда вы, мол, про боррелиоз знаете и вообще... Зависть моя чисто технического свойства была. Мне в Германии тоже боррелиоз достался по полной программе. И никто сразу в больницу не вез. Пока добилась – четыре месяца прошло, и там уж – вторая стадия, клиника, антибиотики и прочие медицинские радости.

Как Войнович расстроился! Не в смысле, что меня жалко стало (хотя не исключаю: я с подробностями все рассказала), но главное – огорчен был, что мучился, искал симптомы боррелиоза в Интернете, а мог бы взять у меня интервью. И было бы очень наглядно.

 

Вот. Это первое, чем можно похвастаться. Как Войнович не взял у меня интервью. А второе – про новую повесть. Владимир Николаевич только кусочек из нее пересказал, но народ просто падал от смеха. Дома это у него было. И он смеялся сам. И я понимала, что это счастье – хохотать вместе с ним. И этим тоже можно похвастаться.

А еще тем – что ели мы лобио. Которое он сам и приготовил. Вкусно невероятно. Хотя Владимир Николаевич и переживал, что сделал некачественно: необходимые приправы не положил, и получилось примитивно. А мне-то было в самый раз.

Всё мне было в самый раз. И открытый доброжелательный дом. И то, что я опоздала, и Владимир Николаевич стоял на лестнице, понимая, что я запутаюсь, а телефон, который он мне дал, как раз не работал в этот день. И вкуcные котлеты, которые пожарила дочка Оля, и картошка, которую сварил сам хозяин.

И истории всякие разные. Например, про маленькую Олечку (теперь-то это уже совсем взрослая барышня, преподаватель немецкого языка, писательница). А когда-то в 80-х годах, в семилетнем возрасте она практически способствовала удачной интеграции Владимира и Ирины Войнович в немецкое общество. Сначала в общество деревни Штокдорф, что в двух шагах от города Мюнхена.

 

«Повели мы ее в первый класс, знакомимся с учительницей, фрау Гербер, а та ведет Олю к местным ребятишкам и говорит: «Дети, эта девочка приехала из России, и она не знает ни одного немецкого слова! Будем ей помогать?» Все тут же захотели с Олей дружить. А родители подружившихся детей уже с нами дружить захотели. Получилась целая деревня наших знакомых и друзей».

Мне-то кажется, что деревня эта Stockdorf, которую Владимир Николаевич по аналогии с Переделкино называет Перепалкино (Stock – по-немецки палка), просто счастлива была, что у них там Войновичи поселились.

И многие мюнхенские друзья Владимира Николаевича – еще с тех давних времен. Замечательный писатель Борис Хазанов. Публицист, правозащитник Эйтан Финкельштейн. Ирина Сергеевна фон Шлиппе. Урсула Фелкль... Ой, тут перечислять и перечислять!

 

Кого-то из них я увидела как раз в гостях у Владимира Николаевича. Это тоже была отдельная радость – люди за его столом. И книги кругом. И картины. Самого Войновича. И его друзей. И имена, которые всплывали в разговоре. Имена людей, с которыми дружил, общался, спорил... Довлатов и Солженицын, Токарева и Ахмадулина, Аксенов и Битов, Розовский и Любимов...

Про последнего – даже не догадалась. Говорили про кандидатов в американские президенты. Про Берни Сандерса Войнович сказал, что старый. И сам стал смеяться. А потом вспомнил, как однажды ехал с Петровичем в троллейбусе, и вдруг весь транспорт встал в жесточайшей пробке. Оказалось, кортеж Ельцина неподалеку. Ну, Петрович и говорит: «Вот сейчас будем из-за этого старца стоять». «А сам, – Войнович смеется, – как и в моем случае с Сандерсом, был лет на десять старше Бориса Николаевича».

Я только робко и спросила: «А кто это – Петрович?» Оказался Любимов. Легенды – все. А Владимир Николаевич сидит рядом и угощает картошкой с котлетами.

 

Я и еще кое-что с ним ела. Тут уж моя инициатива была. За несколько дней до этих посиделок у Войновича дома была еще и более широкая встреча. Организованная мюнхенскими литераторами, подвижниками, поэтами: Наташей Гениной и Андреем Рево.

И потом несколько человек вместе с Владимиром Николаевичем зашли в соседнее кафе. Еще чуть-чуть по душам поговорить. А я знала, что такое может случиться, дома нахвасталась; и положил мне заботливый муж в элегантную сумочку нашу российскую воблу. «Куда, куда?! – закричала я. – Ты понимаешь ли, куда я иду? И какие там люди будут?» «А и ничего, – возразил муж, – вобла никогда не помешает».

 

И вот в кафе этом крохотном, увидев, что все пива заказали, робко призналась я Владимиру Николаевичу, что лежит у меня в сумочке нечто родное и привычное. А он засмеялся и даже обрадовался. Хотя дочка Оля возражала, да и другие тоже – правда, вяло – типа, неудобно, мы в немецком ресторане: вряд ли тут поймут эту самодеятельность. Но Войнович обаятельно так официанта спросил: «Может быть, можно? Традиция у нас такая. С пивом – вобла».

Разрешили нам. Только велели не слишком демонстрировать наши деликатесы. И достала я ее, уставшую ждать своей участи. А Войнович наглядно объяснил, как с ней, особенно пересохшей, надо поступать. Заправски постучал рыбкой по столу. И даже разделал частично.

И пили мы баварское пиво, и грызли эту старую воблу; а засохшей икрой, которую эта рыбешка в себе умудрилась сохранить, друг с другом, конечно же, поделились. И смеялись опять, и слушали прекрасного Войновича. Вернее, он нас слушал. Поскольку рассказывать он умеет здорово, но не менее здорово умеет послушать другого. Подбодрить. Прокомментировать. Обострить так, чтобы было смешно. Порадовать рассказчика.

 

И это было тоже счастье. Хотя погода была отвратная и до метро бежали без зонтиков, но все равно смеялись.

Ой, а еще до метро-то, до метро... Тоже было главное. Счет нам принесли. И хотя в нашей компании, в основном, мужчины были, у советских-то женщин – собственная гордость. И полезла я за деньгами.

Ну ненормальная, что тут скажешь. Начала с евро. И все смеялись. А Войнович евро взял и говорит: «Ну ладно, только тогда за это...» И доллар из кошелька вынимает. (Осталось от американской поездки, из которой только что вернулся.)

Тут уж я не растерялась. Случайно. Обычно трепещу и помалкиваю. А тут – такая обстановка была... Ну и говорю: «Ладно, так уж и быть. Возьму доллар. Только напишите мне на нем что-нибудь».

 

И дала Олечка фломастер. Пухлый такой, синий... А я всё ручку требовала. Потому что ручкой же много можно написать. А фломастером-то толстым – ну сколько поместится?

Но ручки не нашлось. Пришлось Владимиру Николаевичу фломастером писать. На зеленой этой американской бумажечке. И сам смеется. Заглянула я через плечо – и тоже залилась. Потому что там было написано: «Чаевые Майе Беленькой. От В. Войновича».

Собственно, здесь и закончить можно. Я просто дома еще долго всем спать не давала. Чаевыми хвасталась.

P.S. Когда я писала эту заметку, всё еще было хорошо. И тема про чаевые заканчивалась у меня так.

Не заслужила, честно говоря. Тепло это человеческое. Радость общения. Открытость. Уважение... Но я буду стараться.

Уже четыре года как не стало Владимира Николаевича. Но я все равно помню про аванс его тепла и симпатии. И стараюсь.

 

Майя Беленькая (Мюнхен)

 

Читайте также:

  1. Владимир Войнович. Жить по совести. Последнее интервью с писателем. Журнал «Партнёр», № 9 / 2018. Автор М. Беленькая
  2. Вечера с Владимиром Войновичем. Вечер первый. Журнал «Партнёр», № 2 / 2017. Автор М. Беленькая
  3. Вечера с Владимиром Войновичем. Вечер второй. Журнал «Партнёр», № 3 / 2017. Автор М. Беленькая
  4. Вечера с Владимиром Войновичем. Вечер третий. Журнал «Партнёр», № 4 / 2017. Автор М. Беленькая
  5. Вечера с Владимиром Войновичем. Вечер четвертый. Журнал «Партнёр», № 4 / 2017. Автор М. Беленькая

<< Назад | №10 (301) 2022г. | Прочтено: 133 | Автор: Беленькая М. |

Поделиться:




Комментарии (0)
  • Редакция не несет ответственности за содержание блогов и за используемые в блогах картинки и фотографии.
    Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

130 лет со дня рождения Бориса Пастернака

Прочтено: 2774
Автор: Воскобойников В.

Как Фридрих Великий с мельником судился

Прочтено: 2518
Автор: Переверзев Ю.

МАГДА ГЕББЕЛЬС. НЕУДАВШИЙСЯ СПЕКТАКЛЬ

Прочтено: 2287
Автор: Харманн Г.

Лион Фейхтвангер. Жизнь и творчество

Прочтено: 2083
Автор: Калихман Г.

ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЕ КОРОЛИ РОССИИ

Прочтено: 2043
Автор: Левенгарц В.

Руки Че Гевары

Прочтено: 1981
Автор: Жердиновская М.

Кто вы, адмирал Колумб?

Прочтено: 1804
Автор: Жердиновская М.

Барон Фон Щтиглиц – русский банкир и меценат

Прочтено: 1766
Автор: Переверзев Ю.

«Истинно Гамбс есть гений в своем роде...»

Прочтено: 1726
Автор: Фишман В.

Братья Гумбольдты

Прочтено: 1696
Автор: Переверзев Ю.

МУСА ДЖАЛИЛЬ. СВЕТ И ТЕНИ ПРОШЛОГО...

Прочтено: 1684
Автор: Вагизова В.

Генерал Брусилов и брусиловский прорыв

Прочтено: 1659
Автор: Нордштейн М.

Испанская королевская семья

Прочтено: 1632
Автор: Жердиновская М.

Карл Фукс - почётный гражданин Казани

Прочтено: 1587
Автор: Шкляр Ю.

Карл Маркс. Часть 1

Прочтено: 1556
Автор: Калихман Г.