Русский Deutsch
Menu
Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Культура >> Архитектура
Журнал «Партнер» №12 (75) 2003г.

ДАНИЕЛЬ ЛИБЕСКИНД –АРХИТЕКТОР ТРЕТЬЕГО ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ

Некоторое время назад мы писали о Еврейском музее в Берлине и коротко упомянули об архитекторе Даниэле Либескинде, построившем здание музея. Сегодня журналистка Лариса Векслер, сотрудничающая с рядом берлинских музеев, рассказывает о творчестве знаменитого архитектора.

 

 

 

«Конкурс на лучший проект застройки территории взорванных в Нью-Йорке башен-близнецов выиграл живущий в Берлине архитектор Даниэль Либескинд» — этими сообщениями в конце февраля уходящего года была полна вся мировая пресса. Трудно представить что-либо почетнее этой победы. Ведь разрушения 11 сентября 2002 г. изменили ставший уже привычным исторический облик Нью-Йорка. Выиграть такой конкурс — «конкурс века» — для любого архитектора означало бы не меньше, чем получение Нобелевской премии, которая в области архитектуры не присуждается. Это означает не только высшее признание, но и нечто большее: реализация замысла Либескинда необратимо изменит привычный силуэт города и создаст его новый образ.

Конечно, можно было, не мудрствуя лукаво, попросту восстановить башни в прежнем виде, что было бы вполне жизнеутверждающе и практично. Ведь построили же храм Христа Спасителя в Москве в приближенном к оригиналу варианте, и теперь можно с чистой совестью считать, что связь времен восстановлена. И на душе легко, и глазу приятно.

Жители Нью-Йорка не пошли по этому пути. Они понимали, что события 11 сентября, когда были разрушены обе башни, кардинально изменили мир, в котором мы живем. И нельзя забыть, что развалины башен стали могилой для почти трех тысяч человек. Так что новые постройки на этом месте должны были решить сразу несколько задач: стать величественным мемориалом погибшим и одновременно — жизнеутверждающим символом веры в будущее, украсить силуэт города, в котором провалы на месте башен смотрелись как выбитые зубы — и при этом быть практичными и недорогими. Решать эти задачи по отдельности — дело в принципе несложное, но совместить все в одном проекте — задача на первый взгляд неподъемная. Тут нужны были совершенно новые архитектурные идеи.

Двадцатый век дал немало великих архитекторов, которые с блеском решали поставленные перед ними задачи, но человечество вступило в новое тысячелетие, и оно требовало принципиально новые идеи, новые архитектурные решения. Именно этими необычными идеями и отличается проект-победитель, присланный на конкурс Даниэлем Либескиндом из столицы Германии.


Крутые повороты Даниэля Либескинда


Именно немецкие журналисты были первыми, кто назвали Либескинда архитектором третьего тысячелетия. Дело в том, что как архитектор Даниэль Либескинда состоялся, в сущности, именно здесь, на земле Германии, что стало крутым поворотом в его жизни. Но таких поворотов в жизни Даниэля Либескинда было немало, и его судьба могла бы выглядеть авантюрным романом, если бы не была так тесно связана с историей века прошлого и веком нынешним. Даниэль Либескинд родился в первый послевоенный год в семье польских евреев, чудом спасшихся от преследований в годы Второй мировой войны. Спасались родители в Советском Союзе за Уральским хребтом, встретились в Киргизии, а после окончания войны долгие месяцы добирались из Киргизии на родину в Польшу, в Лодзь.

В послевоенной Польше вернувшихся евреев встречали без особой любви, и семья решилась на переезд в Израиль. Там неожиданно проявились особые способности мальчика к музыке. Поначалу ему купили аккордеон — в доме не было ни денег на пианино, ни места для него. Но музыкальные таланты ребенка оказались столь велики, что этим пришлось заняться всерьез, и вскоре он стал известен как пианист-виртуоз не только в Израиле, но и в Америке. Юный вундеркинд играл в лучших концертных залах мира вместе со многими знаменитыми дирижерами и музыкантами. Когда ему исполнилось 16 лет, правительство США назначило ему стипендию для продолжения образования.

И тут Либескинд принял неожиданное решение. Он ушел из музыки, хотя к тому времени достиг в ней весьма многообещающих высот. В поисках своего истинного призвания он сменил несколько специальностей, пока не выбрал архитектуру. Вскоре он получил американское гражданство.

После завершения образования он создал немало проектов различных сооружений и даже получал призы на конкурсах, однако до реализации проектов дело не доходило — уж слишком необычной была его архитектура. Его талант и свежие идеи высоко ценились в мире профессионалов, но он считался скорее теоретиком, чем практическим архитектором. Ему шел уже пятый десяток, но ни одного здания по его проекту еще не было построено. И тут его пригласили участвовать в конкурсе на лучший проект Еврейского музея в Берлине.


Последнее архитектурное чудо ХХ века


В визе, выданной Либескинду немецким посольством, значилось: без разрешения на работу — за исключением строительства Еврейского музея. Позже Либескинд вспоминал, что, рассматривая в самолете эту запись, он подумал: «Ничего не поделаешь, придется его строить». В конкурсе участвовало почти 250 проектов. Все они были поданы анонимно, под девизами. За проект Даниэля Либескинда жюри проголосовало единогласно.

Чем же покорил конкурсную комиссию проект Либескинда? Во-первых, дешевизной. Дело было еще до объединения Германии, и Еврейский музей планировался как филиал краеведческого музея Западного Берлина. Откуда у городского музея деньги? К тому же был еще целый ряд жестких технических условий, которые стали для многих непреодолимым препятствием, а проект Либескинда разрешал их играючи. Например, нужно было соединить новое здание с основным, которое являлось архитектурным памятником ХVIII века, причем, так, чтобы не исказить внешний вид великолепного дворца эпохи барокко. Многие архитекторы такое условие преодолеть не смогли, а Либескинд решил задачу просто и элегантно: он сделал между обоими зданиями невидимый снаружи подземный переход. Это дало ему возможность соорудить под новым музеем целый подземный этаж, который он наполнил невиданными архитектурными чудесами.

Здание должно было создавать удобный интерьер для музейных экспонатов и быть недорогим. Либескинд легко справился с обеими проблемами. Чтобы удлинить путь вдоль экспозиции, он сделал здание в плане зигзагообразным. В этом зигзаге журналисты сразу усмотрели сломанную звезду Давида — одновременно и символ еврейской темы музея, и символ трагической еврейской судьбы. У других необычный план здания вызывал образ упрямого потока, который вынужден обходить непреодолимые препятствия, иногда даже поворачивать назад, но тем не менее продолжать свой путь — подобно еврейскому народу, самому древнему на Земле, преодолевающему все преграды на своем долгом пути в будущее.

Новое здание Еврейского музея в Берлине и само по себе, без экспозиции, просто всем своим образным строем рассказывает об историческом пути еврейского народа, о его ментальности — одновременно и образной, и рациональной, что является особенностью музея.

В подземном этаже, не ограниченном необычной конфигурацией стен музея, архитектор создал особый мир, проложив три дороги, которые символизируют три основные исторические пути еврейского народа. Одна из дорог ведет в Башню Холокоста, где чисто архитектурными приемами рассказывается о величайшей трагедии еврейского народа. Вторая дорога приводит в поэтический Сад Изгнания: здесь человек как бы теряет ориентацию в пространстве подобно эмигранту, лишенному ориентиров в новой непривычной жизни, — здесь языком символов и архитектурных аллегорий повествуется о судьбе народа, лишенного родины. Третья дорога — дорога продолжения, дорога жизни. Она создает иллюзию невероятно длинного пути, символизирующего несколько тысяч лет исторической судьбы еврейского народа, и ведет к крутой и опасной (но только на вид) главной лестнице, которая без слов дает представление о трудной судьбе евреев. Еврейский музей является сейчас главной «приманкой» для многочисленных гостей Берлина. Слава об этом необыкновенном здании постоянно привлекает к нему берлинцев и гостей столицы. Сейчас это самый посещаемый музей Германии, и поток посетителей не иссякает ни в воскресные, ни в будние дни. Недаром журналисты назвали здание Еврейского музея последним архитектурным чудом ХХ века и первым музейным шедевром века следующего. Пожалуй, это определение трудно рассматривать только как свойственное журналистам преувеличение. Вот и вышло, что именно в Берлине академический профессор архитектуры превратился в практического градостроителя.

 

Американец в Берлине


Для участия в строительстве здания Либескинд переехал в Берлин, где прожил с женой и тремя детьми 13 лет. Поскольку строительство Еврейского музея длилось долго, он успел между делом построить в Оснабрюке музей Феликса Нусбаума, выдающегося немецкого художника, погибшего в Освенциме. Это небольшое здание несет в себе все основные черты стиля Либескинда — оно само является символом творчества, трагедии, памяти. После этого по его проектам было построено еще несколько зданий, каждое из которых стало событием в архитектуре. К сожалению, Берлин отклонил его проекты, связанные с застройкой Потсдамерплац — пустыря, оказавшегося в самом центре столицы после сноса Берлинской стены. Теперь эта площадь застроена эффектными, но лишенными души нагромождениями стеклянных и каменных геометрических фигур. Конечно, в архитектуре, как и в истории, нет сослагательного наклонения. Но трудно избавиться от мысли, что Либескинд смог бы вдохнуть жизнь и смысл в эти каменные джунгли, которые носят громкое название «берлинского Манхеттена». Можно добавить, что и проект Либескинда для перестройки Александерплац, получив почетную вторую премию, тоже был отвергнут. Но, как говорится, нет пророка в своем отечестве. Так что неудивительно, что именно жители Нью-Йорка, уставшие от прямоугольности и прямолинейности своего города, оценили «живые», «говорящие» здания Либескинда.


Новый облик Нью-Йорка


Архитектурный ансамбль, который будет создан в Нью-Йорке по проекту Либескинда, должен, по мнению его автора, стать символом оптимизма и жизнестойкости города. В нем будут подземные этажи глубиной в 20 метров, а также башня высотой в 541 метр, которая станет самым высоким строением в мире. В ансамбле предусмотрено создать несколько садов: мемориальный Парк Героев, Сад Света, который развернут к солнцу так, чтобы ежегодно в утро памятного дня 11 сентября в нем не было тени, а также Сады Мира в высотной башне. А сама башня будет перекликаться с силуэтом статуи Свободы — главного символа Америки. И конечно, предусмотрены помещения для контор и предпринимателей, хотя и не в таком количестве, как это было прежде, в разрушенных башнях Всемирного торгового центра. Зато здесь будет много залов для проведения выставок, конгрессов, для свободного времяпрепровождения.

«Ваш гениальный, захватывающий дух и одновременно практичный проект несет надежду и одухотворенность нашему городу, который еще не оправился от ужасной трагедии, — так сообщил Даниэлю Либескинду о решении жюри конкурса на застройку территории „граунд зеро“ его председатель Джон Уайтхед. — Этот ансамбль служит двум целям: почтить память погибших и вселить оптимизм в живущих». Сейчас в Берлине, в Еврейском музее открыта выставка, на которой представлены проекты и модели сооружений, созданные Даниэлем Либескиндом. До середины декабря здесь выставлены модели и чертежи 12-ти знаменитых проектов Либескинда, открывших новую страницу в истории мировой архитектуры. Так, впервые в Европе можно будет увидеть авторскую модель застройки на месте взорванных башен-близнецов. Здесь находится также модель проекта невероятного по замыслу Музея войны, уже построенного в Англии — в Манчестере, необычный проект Музея принца Альберта и королевы Виктории в Лондоне, проект концертного зала «Музикон» в Бремене, совершенно неожиданный по идее и, очевидно, открывающий совершенно новый подход к созданию концертных залов.

Даниэль Либескинд присутствовал на открытии этой выставки и в тот же день улетел в Америку. Начинается новый этап его жизни. Казалось бы, после получения в Нью-Йорке такого заказа, как застройка «граунд зеро», архитектор не должен заниматься ничем, кроме него. Но эти ограничения не для Даниэля Либескинда. Параллельно с разработкой деталей самого главного проекта в его жизни архитектор работает над новыми заказами для Денвера и Торонто, Берна, Тель-Авива и Гонконга. Он полон новыми идеями и оригинальными замыслами. И кто знает, может быть самый главный проект Даниэля Либескинда — еще впереди.

Лариса Векслер


<< Назад | №12 (75) 2003г. | Прочтено: 1416 | Автор: Векслер Л. |

Поделиться:




Комментарии (0)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Последние прокомментированные

ЗАКОНОМЕРНА ЛИ ИСТОРИЯ?

Прочтено: 379
Автор: Сирота А.

ЭТЮД О ТВОРЧЕСТВЕ

Прочтено: 375
Автор: Калихман Г.

СТАРАЯ ПИНАКОТЕКА

Прочтено: 1407
Автор: Вереле

GRUNDSICHERUNG: ВОПРОСЫ ОСТАЮТСЯ

Прочтено: 696
Автор: Миронов М.

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Прочтено: 389
Автор: Горев О.

КВАРТИРНЫЕ КРАЖИ. ПОЛИЦИЯ СОВЕТУЕТ

Прочтено: 703
Автор: Пиевский М.

ВЧЕРАШНИЕ ШКОЛЬНИКИ ПОЛУЧАЮТ ШАНС

Прочтено: 374
Автор: Берекс А.

ЖИЗНЬ БЕНДЖАМИНА ДИЗРАЭЛИ

Прочтено: 814
Автор: Бак И.

БЕРТОЛЬД БАЙТЦ: ПОСЛЕДНИЙ РЫЦАРЬ

Прочтено: 666
Автор: Борухсон Ю.

БАНКОВСКИЕ ОПЕРАЦИИ ЧЕРЕЗ ИНТЕРНЕТ

Прочтено: 688
Автор: Сафир М.

ЛЕГЕНДА О ХАМЕЛЬНСКОМ КРЫСОЛОВЕ

Прочтено: 454
Автор: Нюренберг О.

Время Берлина. Часть 2

Прочтено: 462
Автор: Раевский Л.

ОСТОРОЖНО, ГРИПП!

Прочтено: 395
Автор: Цикулин А.

НАРКОТИКИ. ЧАСТЬ 1. ДИЛЕРЫ

Прочтено: 857
Автор: Кушнир А.

ОСОБЕННОСТИ КОРИДОРНЫХ ИНВЕСТИЦИЙ

Прочтено: 367
Автор: ИнфоКапитал