Всё-таки не всё так плохо с человеческой природой, если находятся те, которые, не раздумывая ни секунды, бросаются помогать, спасать, выручать. Уверяю: «Не бойтесь, не потонем!»

Иногда меня спрашивают: «Скажи, а ты никогда не жалела, что уехала в Америку?»

— Что? — восклицаю. Ну что вы! Это самое лучшее, что вообще случилось со мной!

Как я чуть не сорвал  выступление Вольфа Мессинга

Дядя Вася, брат моей мамы, был инвалидом – правая нога навечно осталась негнущейся "корягой" после ранения во время войны 1941-1945 гг. Но, хоть и перемещался при помощи костылей,  лёгкости характера не поменял. Слава Богу, говорил он, если уж суждено было мне получить осколок снаряда, то хорошо, что не в руку и не голову!

Когда в начале 60-х годов показывали американский фильм «Великолепная семёрка», успех был невероятный! Смотрели этот фильм по два, по три раза. За билетами стояла огромная очередь. Воздействие на молодёжь было огромное. Походке главного героя Криса (в исполнении актёра Юла Бриннера)  пытались подражать молодые люди, и все поголовно дети от 10 лет и выше пытались научиться метать ножи.

В последнее время, лёжа в постели, Эрвин часто устало закрывал глаза, складывал замком ладони и беззвучно шептал губами свою молитву которую никто не слышал, а смысл её знали только Он и Бог. В такие мгновения у него из-под сжатых ресниц выкатывались слёзы. Слёзы - это слова, которые произносит сердце, их смысл знает только Бог!

Неизвестно, сколько отвела бы ему судьба, если бы он стал миллионером – ведь тогда пришлось бы затрачивать много нервных клеток, а они, как известно, не восстанавливаются. А много ли человеку  на самом деле надо?

Впервые в мировой практике танкостроения сборка тяжелого танка была поставлена на конвейер. Танковая промышленность СССР в начале 1943г. подошла к тому заветному рубежу, о котором в сорок первом приходилось лишь мечтать – 100 боевых машин в сутки. Благодаря этому Ставка Верховного Главнокомандования получила возможность формировать со временем танковые корпуса и танковые армии и восполнять потери боевых машин.

После сорока двух лет конструкторского труда на Радиалке я с удовольствием вспоминаю не только интересную творческую работу, поиск новых решений, прекрасный коллектив, но и «несерьёзные» случаи, вызывающие добрую улыбку.

Прощай Ваенга, прощай Североморск! Тебе я отдал восемь лет жизни. Сюда я пришёл недорослем, отсюда ухожу мужчиной в полном смысле слова, морозами морожен, ветрами овеян, недругами обижен, друзьями обласкан. Здесь каждая тропа мною исхожена, каждая сопка, каждый причал знаком. Дай Бог этой земле и этому граниту найти в своём существовании таких людей побольше, которые бы любили тебя, как любил тебя я!