Ничего и никого не боится Сашка, но есть и у него «ахиллесова пята». Он панически боится змей! От одного только вида змеи он покрывается красными пятнами и крупными каплями пота. Даже когда я держу в руках безобидного желтопузика, он на всякий случай отходит подальше.

Выступающих музыкантов было семеро, но этого было достаточным, чтобы объективно оценить профессионализм и универсальность – ведь эстонцы, как штучный товар, не могут себе позволить иметь музыкантов отдельно классических и джазовых! Взаимозаменяемость – почти как у нас на подводной лодке.

Старший лейтенант Колпаков соблюдал только один документ – «Корабельный устав», написанный кровью погибших моряков, как считал не только он! Но настольной книгой-пособием было для него изданное ещё в 1944 году, в период дружбы с Америкой, сочинение на тему военно-морской службы.

... И я выбрал момент, желая «высунуться» из общего строя. Главком Флота адмирал Горшков по случаю вступления в должность проводил инспекцию нашему соединению. Проходил опрос выстроенных на плацу офицеров. Обычно он проходит по принципу «У матросов нет вопросов»...

Мы видели несколько лебединых семей, которые лавировали между плывущими на лодках людьми. Они смело подплывали к берегу и брали корм из наших рук. Красивые и благородне птицы! О них слагают стихи и пишут песни. Они – синоним любви и верности.

Никто не был удивлён нашему обоюдному объятию. Он буквально вытащил меня из строя и не переставал удивляться моим метаморфозам. Вспомнили уже далёкий от нас тот вечер в Лиепайском ресторане «Кайя», что с латышского – чайка, и мою приговорённую на вечное одиночество плавающую в шампанском звезду.

И вот наступил вечер 21 июня. В Ташкенте, как всегда в эту пору, стояла жаркая погода. Все выпускники и многие родители собрались в актовом зале техникума. Началась торжественная часть. После краткой вступительной речи директора началось вручение дипломов, Девушки в белых платьях, парни в костюмах, при галстуках, под бурные аплодисменты выходили на сцену.

Мне на память пришёл недавний разговор в СКАЙПе с моим старым приятелем-сослуживцем, в котором он спросил меня, помню ли я о том, что в одной из испытательных частей космодрома Байконур, где мы с ним работали, служил офицер, полный тёзка Юрия Алексеевича Гагарина. Конечно я не только помнил, но и знал этого человека. 

Однажды он рассказал мне эпизод из своей жизни, своеобразную историю одного поиска, который с перерывами, продолжался в течение всей жизни. Это была семейная тайна, которую унесла с собой в могилу его мама. Мне показались интересными перепетии этой истории, и с разрешения Алексея Георгиевича я записал её, потому что, как мне кажется, тайна семьи Белкиных носит если не необычный, но несколько странный характер.

Всё в истории имеет причинно-следственную связь, и наши герои вряд ли когда-либо встретились, если бы в их жизни не произошли коренные изменения, которые напрямую повлияли на их судьбы. Это, главным образом, относится к герою моего рассказа, который так же, как и я, волею обстоятельств вынужден был в полной мере испытать превратности судьбы.