В 1970 году мне исполнялось 35 и жил я, как в песне пелось: «Раньше думай о Родине, а потом о себе», то есть, как последний дурак. Причём, за весьма скромное вознаграждение. Взять один только квартирный вопрос!

За время учёбы в школе и институте я, будучи там вечным комсоргом или членом какого нибудь бюро, приобрёл такую устойчивую аллергию к общественной работе, что по прибытии в Донецк зарёкся к ней прикасаться. Никогда я ни на какие выборные должности не напрашивался, но как-то так получалось, что, спонтанно, всегда на них оказывался. 

Как бы это на первый взгляд ни противоречило логике, но для меня конверсия началась с сохранения производства боеприпасов.

Случайно или нет, но такие типы почти всегда выступают в категории «Молодец против овец». Самое главное для любого диктатора – держать подданных в состоянии перманентного страха, для чего необходимо периодически устраивать показательную порку.

...И с первых дней – проблемы. Осваивали производство боевой части морской крылатой ракеты 4Г35. Технология ничего общего с привычной снарядной не имеет, а рисовали её снарядники, так как общие машиностроители допуска по второй форме не имели...

Голос у товарища Ворошилова был слабенький, в глазах – испуг, от всей фигуры веяло беспомощностью. Разочарованию моему не было предела. Героика буквально вдолбленного в сознание с младенчества образа была развеяна вмиг.

В переводе с латинского конверсия означает изменение, превращение. Используется слово в русском языке, как известно, для обозначения процессов и явлений в экономике, лингвистике, физике, химиии, биологии, медицине и пр. и пр.

В начале января 93-го собрал, наконец, все справки и отнёс в ОВИР. Главное – держать ситуацию под контролем. Особенно в части возможной переписки по вопросам осведомлённости. Здесь неоценимую помощь оказали оставшиеся за проходной друзья.

Тема эта занимала меня давно, но до подробного в ней разбора как-то руки не доходили, да и материалы найти было нелегко. Сегодня, в эпоху Интернета, в этом плане всё изменилось кардинально и в лучшую сторону

Куда движется наш эшелон, не знал никто. Теплушки были сплошь забиты беженцами, мы долго  стояли на полустанках, пропуская в одну сторону военные эшелоны, в другую – эшелоны эвакуированных предприятий.   Плохо   было   с водой,  была  большая опасность потерять друг друга.