Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
История >> Неизвестное об известном
«Партнер» №4 (91) 2005г.

Тяжелая дорога на Кавказ

 

 

 

Как известно, переселение немцев в Россию с 1764 по 1842 гг. шло в основном тремя волнами: первая – с 1764 по 1796 гг., вторая – с 1789 по 1803 гг. и третья – с 1804 по 1809гг., в 1817г. и в разные годы до 1842 г. В составе третьей волны в 1817 г. были и немцы-швабы из тогдашнего Королевства Вюртемберг, которые эмигрировали в Россию с целью поселения именно в Закавказье.

 

Одной из важнейших причин для такого переселения вюртембержцев была заманчивая перспектива образования в России самоуправляемых  колоний, в которых бы обеспечивалась свобода вероисповедания. Именно вера, а они были истинно верующими людьми, заставила швабов выбрать Кавказ. Большинство будущих переселенцев входили в «Братства детей Бога», среди которых распространилась вера в то, что скоро должен наступить конец света и будет проще пережить все беды и невзгоды этого периода на Кавказе, вблизи горы Арарат. Благоприятным обстоятельством было и то, что сестра российского императора Александра I, Екатерина была женой короля Вюртемберга Фридриха Вильгельма, а женой Александра I была принцесса Елизавета из Бадена.
 
   В годы, последовавшие за изгнанием Наполеона на остров Св. Елены и образования мирного Священного союза, в Вюртемберге проводилась интенсивная вербовка людей для переселения в Россию, которая нуждалась в крестьянах-виноградарях и ремесленниках.
 
   К 1 февраля 1817 г. желающие эмигрировать были готовы к выезду. Ждали только разрешения от российской дипломатической миссии в Штутгарте.
 
   Всего в Россию собралось выезжать до 1500 семей, а общее количество переселенцев составляло 9000 человек. Они были распределены по 14-ти колоннам, каждая из которых имела своего старшего. Руководил всеми колоннами Иоганн Георг Фрикк, а 6-ую колонну возглавлял мой дальний родственник Иоганн Христофор Бидлингмайер.
 
   10 мая 1817 года российская дипломатическая миссия, наконец, сообщила,  что по приказу императора Александра I всем, зарегистрировавшимся переселенцам будут выданы паспорта для въезда в Россию. Таким образом, путь на Россию был открыт.
 
   Город Ульм определили как пункт сбора отъезжающих, а точнее отплывающих в Россию. В конце мая 1817 г. на судах-баржах отплыла вниз по Дунаю первая колонна, а затем с интервалом в три-пять дней отплывали по очереди остальные. Во время погрузки люди нервничали, что вызывало хаос: дети терялись и плакали, матери со слезами искали своих детей, мужчины бранились ... Было много провожающих. Они тоже плакали, расставаясь с родными, близкими или знакомыми. Баржи одна за другой уходили в неизвестность. Когда Ульм скрылся за горизонтом, переселенцы впервые почувствовали, что значит оставить родную землю навсегда. Но решение было принято и возврата не было. 
 
В середине июня баржи с переселенцами в количестве 1800 человек прошли через город Пассау. Далее была короткая остановка в Вене, а затем переселенцы в трюмах барж поплыли дальше. Скученность была чудовищная: вместе находились пожилые и дети, новорожденные младенцы и больные, а позже – и мертвые. В трюмах, не приспособленных для перевозки людей было грязно, запах стоял невыносимый. У людей началась рвота и понос, стали опухать лица, постель и одежда пахли нечистотами. Лекарств не было, от всего лечились водкой. Вспыхнула массовая дизентерия и по берегам Дуная появились первые могильные холмики. Каждая следующая баржа добавляла новые и новые могилы.
 
   В первом русском городе Измаиле, в 80 км от Черного моря, переселенцы должны были остановиться на несколько дней для отдыха и прохождения карантина. Людей высадили на одном из дунайских островов. Трудно описать, что их здесь ожидало. Те, кто был еще в силах самостоятельно покинуть баржи, опьянели от свежего воздуха. Привыкшие к смраду, царящему в трюмах, люди падали и задыхались, словно рыбы, вынутые из воды. Приходя в себя, они начинали вытаскивать из барж больных и мертвых. Ослабевшие люди умирали как мухи. У оставшихся в живых не было сил по-человечески похоронить умерших. Их зарывали в общих могилах без гробов. К тому же остров, как выяснилось, был усеян останками 20.000 наспех похороненных русских солдат, защищавших Измаил во время русско-турецкой войны в конце XVIII века. Положение переселенцев с каждым днем ухудшалось: катастрофически не хватало продуктов и лекарств, кончалась водка. Чуть прикрытые землей трупы начали разлагаться. Вспыхнул тиф, и эпидемия угрожала Измаилу, расположенному на противоположном берегу. Переселенцам приказали опять грузиться на баржи и плыть дальше, а растительность на острове решили поджечь Наконец переселенцы приплыли в Одессу, но опасаясь  эпидемии, в порт их не пустили. Высадились они и разбили лагерь в окрестностях города. В этом лагере им пришлось вновь проходить карантин и опять повторилась измаиловская трагедия: ежедневно умирали по 10-15 человек.
 
   Расквартированный в Одессе офицерский корпус, видя безысходную ситуацию переселенцев, собрал для них 925 руб. на питание и лекарства. Это была небольшая, но всё же помощь. О трагедии этих людей царь узнал слишком поздно.
 
   После прибытия в лагерь всех колонн Иоганн Георг Фрикк проверил состав переселенцев и выяснилось, что в живых осталось менее половины тех, кто весной и в начале лета покинули Ульм. Картина оказалась страшной: многие семьи погибли полностью, сотни детей остались сиротами. Смерть унесла и многих руководителей колонн и членов их семей. Умер Иоганн Хрисофор Бидлингмайер и двое его детей. После карантина людей расквартировали на зиму в окрестных селах у немецких переселенцев, которые покинули Германию раньше, в 1804-1809 гг.
 
   Во время тяжелейшего пути по Дунаю и после трагического пребывания на острове у Измаила многие переселенцы стали оценивать происходящее более трезво, и некоторые семьи уже после Австрии покинули свои колонны и остались в Венгрии и Румынии. После Измаила от колонн отделилась группа из 98 семей, которые решили поселиться в Бессарабии, где основали колонию Теплитц. В Одессе отделились еще две небольшие группы и поселились в 100 км от города, основав колонию Гоффнунгсталь (Hoffnungstal). Отдельные семьи позже решили остаться в немецких селах, в которых они провели зиму 1817/1818 гг. Таким образом, число отделившихся семей достигло почти 300. Остальные переселенцы от своей цели не отказались, к ним даже присоединились некоторые из ранних переселенцев, проживавших около Одессы с 1804 года.
 
   Поздней осенью, 15 ноября 1817г., Иоганн Георг Фрикк послал в Москву двух делегатов с докладом о трагическом положении переселенцев, а также с просьбой о помощи и скорейшем разрешении продолжить путь на южный Кавказ. К концу января делегаты прибыли в Москву, о чем сообщали в письме своему руководителю Фрикку. Имератор Александр I с семьей принял их очень тепло, решил все вопросы переселенцев и 20-го февраля 1818 г. направил свои указания в Одессу и в Тифлис (Тбилиси). Император разрешил продолжить путь на южный Кавказ 500 семьям и приказал генерал-лейтенанту от инфантерии Александру Петровичу Ермолову обеспечить их всем необходимым во время пути к месту постоянного поселения. Ермолов был в то время командующим Кавказским корпусом и главнокомандующим войсками в Грузии. 27 марта Ермолов, согласно указаниям Александра I, поручил губернатору Тифлиса фон Шталю подобрать подходящие места для поселения 500 семей переселенцев.
 
   В апреле 1818 г. делегаты от переселенцев вернулись из Москвы в Одессу. Отправка 500 семей переселенцев была поручена особому Комитету под председательством генерала Инзова. 500 семей были разбиты на 10 колонн по 50 семей в каждой. Каждая семья получила по 500 рублей на приобретение лошадей и телег, на каждого члена семьи было выдано на время нахождения в пути по 40 копеек в день на питание и 2 рубля на каждую лошадь. Кроме того, каждая колонна получила и маленькую дорожную аптечку.
 
   В Грузию были посланы три делегата, два представителя от переселенцев и военный комиссар из Одессы, чтобы они на месте ознакомились с предполагаемыми местами будущего поселения и совместно с местными органами власти подготовили всё необходимое для приема переселенцев.
 
   Комитет определил им дорогу до Тифлиса через Херсон, Таганрог, Ростов, Ставрополь, Георгиевск, Моздок, Владикавказ и далее через Крестовый перевал. Этот путь должен был быть преодолен за 80 дней.
  Всё было готово для отъезда переселенцев, однако местные власти предложили им пока оставаться на месте, ибо дорога на Кавказ якобы таила много опасностей, и власти не могли гарантировать людям безопасный переезд. Но переселенцам не терпелось, и из 1500 семей, покинувших свою родину в мае 1817 г., в путь из Одессы в конце мая 1818 г. отправилось только 500 семей. Уходили колонны с интервалом в 2-3 дня. Тяжелая дорога до Моздока длилась более 60 дней и опять было много жертв: более 200 человек умерли и около 300 заболели.
 
   В Моздоке после изнурительной дороги от Одессы переселенцы остановились на отдых. Иоганна Георга Фрикка мучила совесть, ведь именно он был инициатором и организатором этого переселения. Фрикк чувствовал себя виноватым в гибели тысячи людей, которые были наспех погребены на острове у Измаила. Он упрекал себя за то, что повел свой народ по дороге смерти, что недостаточно оценил тех людей, которые должны были ему помочь на этом трудном пути. Страдания от войн, солдатчины, голода, вызванного неурожаем последних лет на родине, были несопоставимы с тем, что пришлось пережить по дороге и теперь в России. А что ждало переселенцев впереди?
 
   В Моздоке они встретились с делегатами, побывавшими в Грузии, и те им сообщили, что на предлагаемых на южном Кавказе местах могут поселиться до 420 семей, а 80 семей-ремесленников руководство Тифлиса собирается поселить вблизи самого города. Делегаты увидели, что переселенцы очень нуждаются в деньгах на питание и ремонт транспортного инвентаря, а поэтому с курьером в Тифлис было послано прошение главнокомандующему Ермолову об увеличении переселенцам выплат на продовольствие и ремонт транспортных средств. Ермолов был удивлен, что переселенцы уже находятся на северном Кавказе и сообщил, что их просьбу он 10 августа письменно направил министру графу Аракчееву. Он также выразил сомнение в том, что сможет достаточно скоро обеспечить людей жильем и гарантировать им полную безопасность от местного населения.
 
   В Моздоке перед переселенцами встал вопрос, вернуться ли им в Одессу или на свой риск продолжить путь до Тифлиса, ведь впереди были Кавказские горы. Решили продолжить путь, а каждой колонне передвигаться самостоятельно с некоторым интервалом во времени. Самой слабой была 2-ая колонна. Добравшись до местечка Коби, она вынуждена была оставить часть своего имущества, так как не было сил двигаться с ним дальше. Позже его привезли с собой другие колонны. 4-я колонна, в  составе которой были и две семьи Бидлингмайер, прибыла во Владикавказ через 3 дня после предыдущих колонн. Отсюда до Тифлиса им оставалось 208 км пути по Военно-Грузинской дороге. Дорога в горы становилась всё тяжелее, она поднималась к перевалу. Доехав до селения Казбеги перед перевалом, колонны остановились на ночлег. Здесь переселенцы впервые увидели Кавказ во всей его красе. В утренних лучах солнца величественно возвышалась вершина Казбека (высота 5033м) и от нее нельзя было оторвать взгляд. Далее следовал Крестовый перевал (высота 2379м), потом – маленькие горные селения Гутаур, Млети, Ананури и, наконец, после села Душети дорога шла по долине реки Куры. Недалеко от впадения в Куру Арагви был виден город Мцхета – «грузинский Иерусалим». Прибыв в Тифлис, переселенцы расположились на его окраине лагерем. Стоял сентябрь 1818г. За полтора года переселенцы, оставив за собой 4000 км пути, достигли своей цели. Но какой ценой! Они были нищими, голодными и раздетыми, а зима приближалась...
 
   Ермолов не только не оказал переселенцам необходимую помощь, но даже натравливал на них местное население. Фрикк рассказал губернатору фон Шталю, который лично приехал в лагерь переселенцев для ознакомления с их положением, о том, что у людей закончились деньги. Губернатор сообщил Ермолову о бедственном положении вновь прибывших и потребовал выплатить им положенные суммы. Однако генерал вместо 40 коп. в сутки на каждого члена семьи выплачивал только по 13,5 коп., что хватало только на самое малое.
 
   В течение ноября 1818 г. колонны разъезжались на предназначенные для их поселения места. Всего ими было образовано 7 селений (колоний), которые были удалены от Тифлиса на расстояние от 5-и до 200 км. Самые отдаленные были Анненфельд (Annenfeld) – 84 семьи и Еленендорф (Helenendorf) – 118 семей. Они находились к юго-востоку от Тифлиса на территории Азербайджана. Пять других селений, как Новый-Тифлис (Neu-Tiflis) – 60 семей ремесленников, Александрдорф (Alexandersdorf) – 26 семей, Петерсдорф (Petersdorf) – 12 семей, Елизабетталь (Elisabethtal) – 65 семей и Катариненфельд (Katharinenfeld) – 135 семей  находились на расстоянии до 60 км от Тифлиса на территории Грузии.
 
   Прибыв на место, переселенцы начали рыть землянки или ставить шалаши для зимовки. Здесь закончился их долгий и мучительный путь из Вюртемберга на Кавказ, путь, который стоил нечеловеческих страданий и был отмечен длинной цепью могил.
 
   Печально сложилась в первый год судьба переселенцев селения Катариненфельд, в составе которых были и две семьи Бидлингмайер. Их первоначально поселили в 180 км к юго-востоку от Тифлиса у притока реки Куры, Шамхор, в Азербайджане.
 
   После первой зимы, проведенной в землянках и шалашах, жители радовались лету 1819 г. Но радость была недолгой, место их поселения оказалось очень нездоровым. Малярия беспощадно косила людей. К осени селение уже недосчиталось 256 своих жителей. Переселенцы были вынуждены вновь отправляться с разрешения властей на другое место. Это было дикое необжитое место в долине реки Мушавер.
 
   Невероятно трудная была эта зима. Снова рыли землянки, ставили шалаши, но прежде всего пришлось расчищать заросли. Не было еды и люди вынуждены были ходить по близлежащим селам и просить что-либо на пропитание, хотя бы для детей. Власти месяцами не выплачивали переселенцам установленные Ермоловым 13,5 коп. в сутки на каждого члена семьи. Опасно было ходить в лес и горы на охоту без оружия. Вдвойне было опасно женщинам, их могли украсть и увезти местные татары (так немцы по примеру своих русских соседей называли местных жителей тюркского происхождения). От питьевой воды из реки люди начали страдать кишечными заболеваниями, возникла необходимость искать хорошую питьевую воду. Ее нашли в ущельях гор.
 
Была и другая беда. Ночью вокруг временных землянок  бродили шакаы. Стала исчезать с трудом приобретенная домашняя живность, порою пропадали и лошади. Впрочем, в последнем  были повинны не только шакалы, но и татары из ближайших горных сел. Но, как говорится, терпенье и труд всё перетрут. В последующие годы постепенно все налаживалось, люди привыкали к местным условиям жизни. Благодаря умению и трудолюбию людей, село росло и богатело, была проведена и питевая вода. Виноградарство и виноделие со временем стали основной отраслью хозяйства немецких поселенцев. Строились добротные 2-х и 3-х этажные дома с винными подвалами. Была возведена высокая красивая кирха с колокольней. Село Катариненфельд стало одним из лучших сел в округе. К 1941г. в селе проживало более 4000 жителей- немцев, а в октябре этого же года всё неожиданно закончилось. Немцы Кавказа в течение 3-5 дней были депортированы в Казахстан. История повторилась. Немцев ждали новые испытания, почище тех, которые выпали на долю их предков при переселении на Кавказ.
 
   Мне посчастливилось родиться в этом селе, я был пятилетним ребенком, одним из 4198 депортированных жителей. В 2001 году через 60 лет после выселения я снова оказался в бывшем Катариненфельде (сегодня город Болниси). Здесь я воочию увидел красоту этих мест, но, к сожалению, и нынешнюю их убогость. Большая часть того, что долгие годы создавалось наследниками переселенцев из Вюртемберга было уничтожено.
 
При написании статьи использованы архивные документы и материал из книги: ImmanuelWalker – „FatmaEinewahreLebensgeschichte. Stuttgart, 2 Auflage 1900, 670 S.
 
 

Рольф Бидлингмайер (Дюссельдорф)

 


<< Назад | №4 (91) 2005г. | Прочтено: 1059 | Автор: Бидлингмайер Р. |

Поделиться:




Комментарии (2)
  • Гость
    Гость
    Schade, dass meine Oma Ida, Helena Frick, geboren 22.09.1907 im Helendorf(Hanlar) 1999 verstorben. Sie hat mir sehr viel über das Leben den hellendorfern erzählt. Sie wurde mit meinem Vater Frick Friedrich 1933 geb.   und Horst Frick 1937 nach Kasachstan vertrieben.  Geborene Irene Frick



    2017-04-27 10:27 |
  • Гость
    Гость
    Мой отец Феттер (Vetter) Евгений/Ойген, сын Андреаса Феттера, родился в селе Гринфельд/Грюнфельд. Не смогла найти, как теперь называется это село по азербайджански. Хотелось бы побывать там.. Може быть, кто-то знает. Подскажите, пожалуйста.
    2017-12-22 13:06 |
  • Редакция не несет ответственности за содержание блогов и за используемые в блогах картинки и фотографии.
    Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

Идиш – германский язык, но также и еврейский

Прочтено: 5221
Автор: Пиевский М.

Версальский мирный договор

Прочтено: 3939
Автор: Клеванский А.

Мистические тайны Гойи

Прочтено: 2611
Автор: Жердиновская М.

РЖЕВСКАЯ МЯСОРУБКА

Прочтено: 2429
Автор: Аврутин М.

Немецкая слобода и российская история

Прочтено: 2396
Автор: Воскобойников В.

«Фабрика ядов работает без выходных…»

Прочтено: 2345
Автор: Хоган С.

Первый комендант Берлина – Генерал Берзарин

Прочтено: 2064
Автор: Векслер Л.

«Как же так, Ваше Величество?»

Прочтено: 2030
Автор: Парасюк И.

Бабий Яр. Крик безмолвия

Прочтено: 1903
Автор: Плисс М.

Забытые парады

Прочтено: 1813
Автор: Горелик В.

«Крымнаш» или всё-таки не наш?

Прочтено: 1782
Автор: Переверзев Ю.

Индустриализация СССР

Прочтено: 1639
Автор: Переверзев Ю.