Русский Deutsch
Menu
Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Политика >> Украина и Россия
Журнал «Партнер» №10 (205) 2014г.

Полчаса на войне

Продолжая тему

Юрий Кротов (Вупперталь)

 

Часть 3

см. (часть 2)

 

Сегодня наши собеседники – жители охваченного войной Донбасса. Они уехали от войны, но сердца их остались там. Что они думают о трагедии своей родины, почему случилось так, а не иначе, и что будет с Донбассом дальше?

 

Данил Денисов, Луганск. 24 года, образование – врач-стоматолог.

Сейчас я живу в Киеве, из Луганска уехал в середине июля: взял на работе отпуск на две недели, а когда уехал, там такое началось...

 

Ю.К. Ты русский или украинец?

Д.Д. Я особо не задумывался... Отец – еврей из Белоруссии, мать – русская, сибирячка с Алтая. Я родился и всю жизнь прожил в Луганске.

 

Ю.К. Возвращаться не собираешься?

Д.Д. Я – нет, а мама собирается. Дом всё же там. Я ее отговариваю, в сегодняшнее перемирие я не верю. Были уже перемирия. Ты у меня «ВКонтакте» видео смотрел, где я из своей клиники снял, как заправку взорвали? Это было при прошлом перемирии ...

 

Ю.К. А как мирный процесс идет? Чего народ хотел? Что получил? Как видит всё сейчас?

Д.Д. Я на референдум не ходил, но у нас это было действительно массово. По два часа люди в очереди стояли, чтобы проголосовать. А началось с того, что у нас народ Майдан не принял. Не скажу, чтобы у нас поголовно все Януковича любили: видели рейдерские захваты, как бизнес отжимают, но на Майдан была такая реакция: мы тоже так можем! Народ тогда не думал про ЛНР, ДНР... Говорили об автономии, чтобы региону больше прав дали: у нас и шахты, и полезные ископаемые, и промышленность, которая на российский рынок работала. А потом понеслось – захватили СБУ...

 

Ю.К. Кто захватил?

Д.Д. Не те, кто сейчас в ЛНР. Захватили люди обычные! Я приходил, мне интересно было. Страшного ничего нет. Палатки стоят, что-то отгородили. В здании сидят...

 

Ю.К. О войне тогда никто думали?

Д.Д. Никто не говорил о войне. Ничего подобного не было.

 

Ю.К. Военные «ополчения» сначала не собирались?

Д.Д. Что-то там собиралось. Но ты же понимаешь, что в открытую об этом не говорили. Это было так: пришли люди: «Ты кто?» – «Я военный» – «О, класс! Ты будешь отвечать за это…» и так далее. На том этапе это была самоорганизация. То есть ты – вот там охраняешь, ты – еще что-то. Там даже милиция стояла рядышком. Охраняли. Не знаю, что там они охраняли… ГАИ стояло вокруг на нескольких улицах. Маршрутки разворачивали, транспорт общественный. То есть стояли спокойно, никто никого не штурмовал.

 

Ю.К. То есть думали, что просто реагируют на протесты и федерализация пройдет спокойно?

Д.Д. Думаю, так все думали… Всё было мирно – предельно мирно: музыка играла, люди ходили, дети бегали. То есть никто не мог подумать, во что это выльется.

 

Ю.К. И как же вылилось?

Д.Д. Знаешь, когда это всё начиналось, я как-то ехал в такси. Таксист говорит: «Так и так, пойду в ополчение, я, мол, в Абхазии служил, со «своими» созвонился, многие сюда приедут...»

 

Ю.К. Но кто-то же ополчение должен был организовывать?

Д.Д. Это вопрос не ко мне.

 

Ю.К. А ты был знаком лично с кем-то, кто сейчас в ополчении?

Д.Д. Нет, просто сталкивался... К нам в клинику пришел один – в камуфляже, нашивка «ЛНР», автомат наперевес. Привел жену с ребенком: «Ребенка вылечите?» – «Ну, вылечим, раз ты с автоматом. Мог бы просто жену с ребенком прислать, без себя и автомата, мы бы всё равно вылечили...»

 

Ю.К. А когда комендантский час появился, ты понял, что всё серьезно?

Д.Д. Мы и комендантский час поначалу всерьез не принимали. Мы однажды в клубе финал Лиги чемпионов смотрели (24 мая – Ю.К.), потом в ночной клуб поднялись, а там хлоп! музыка выключилась и через микрофон объявление: «Настоятельно рекомендуем покинуть заведение и разъехаться по домам». Выходим на улицу – полукругом стоят люди в камуфляже и с автоматами ...

 

Ю.К. А ты сам какие экстремальные ситуации в этом конфликте переживал?

Д.Д. Сами с собой люди не воюют. Если метрах в двухстах от моего дома стоит «Град» и палит куда-то, ясно, что оттуда тоже что-то прилетит.

 

Ю.К. И ночью тоже «шумело»?

Д.Д. Чаще всего – под утро. Обычно начиналось всё после трех утра. Потом – перед обедом и вечером, часов в шесть. Вот у нас в районе – автовокзал. У моего товарища там отца убило в машине. Ехал человек, а в машину прилетел снаряд. Хоронили то, что осталось от человека… Во время похорон приезжает «Град», дает залп… Минут пять-семь проходит, и прилетает «ответ» – прямо в соседнюю машину, приехавшую на похороны.

 

Ю.К. А ты не считаешь, что российская пропаганда повлияла как-то на мнение жителей Луганска и Донецка?

Д.Д. Поначалу да. Сейчас люди говорят: «Я был дурак! Зачем я это всё поддерживал?» Получилось совсем не так, как думали. От этих республик люди отворачиваются, обычные мирные люди.

 

Ю.К. А как ты думаешь, ЛНР, ДНР, или Новороссия, могут отдельно от большого государства существовать?

Д.Д. Существовать могут. Но разве что только существовать. Нормальной жизни там не будет.

 

Ю.К. А как к тебе в Киеве относятся, когда узнают, что ты беженец из Луганска?

Д.Д. Нормальные люди относятся нормально. Сопереживают. Но пару раз я слышал фразу: «Почему вы здесь, а наши мужья, братья и отцы – там?» Я ничего на это не отвечал. Я, например, не имею никакого военного опыта и воевать не пойду. Неважное отношение было изначально… Я пытался устроиться на работу. Главная проблема: Вы из Луганска, мы Вас не возьмем, потому что у вас всё наладится и Вы туда вернетесь.

 

Ю.К. А как думаешь, вернется ли нормальная жизнь в Луганск? Когда ты сможешь вернуться?

Д.Д. Я вряд ли туда вернусь. Людей моего возраста вернется туда мало. Вернутся те, кому поздно куда-то уезжать.

 

Ю.К. Это печально, что молодежь возвращаться не собирается.

Д.Д. А простым работягам – куда возвращаться? Заводов их уже нет... Целину поднимать, как при Хрущёве? Я вот уехал и компьютер свой не забрал, боялся, что будут проверять ноутбуки на блокпостах.

 

Ю.К. Так все уезжали без компьютеров?

Д.Д. Ну, не все, наверное... Были люди, у которых проверяли телефоны, смс-ки, картинки на телефонах. Такое было. А я даже форму футбольную и шарфы с «Украиной» не стал брать, мало ли что. Я знал, что это будет долго длиться и взял теплую одежду. А многие взяли шортики и футболочки…

 

Ю.К. Спасибо, Данил. Удачи тебе!

 

Илья Дей, Ясиноватая. 27 лет, студент университета в Бохуме по специальности инженер-эколог.

 

Ю.К. Илья, ты у нас кто? Русский, украинец?

И.Д. Новоросс (смеется). Я тут с одним дискутировал, он мне заливает: «Ты историю не уважаешь, Новороссия сотни лет существует!» Я ему: «Скажи еще, от Атлантиды! Сам то когда слово это услышал, полгода назад?»

 

Ю.К. Нет, он всегда знал... Я недавно скачал себе новейшую историю Украины. Уже в предисловии написано: украинские сепаратисты перевирают историю, чтобы отделиться от русского мира, частью которого Украина была всегда. Так что, по обе стороны фронта – сепаратисты...

Скажи, это из Ясиноватой была женщина, которую к «позорному столбу» привязали в Донецке?

И.Д. Да. Это мамина хорошая знакомая, кстати, Ирина Довгань. Она всегда очень продвинутая была, ее весь город знал – Ясиноватая ведь маленькая. Она с девяностых имела связи с Красным Крестом, помогала очень многим. И когда читаешь, что ее там распяли за то, что она якобы наводчица, понимаешь, на сколько мир сошел с ума. Когда уже лучших людей … Просто чернь какая-то.

 

Ю.К. Ей повезло еще, что кто-то сфотографировал случайно. А так бы просто убили. И никто бы не узнал. А сколько там таких происходит случаев?!

И.Д. У меня там друг хороший… Я спрашиваю, когда, мол, собираешься уезжать? Он говорит, а кто кабачки будет носить украинской армии? Я еще тут, мол, посижу. Он в подвале прячется. Так что, видишь, есть люди ...

Сейчас вообще всё тяжело стало, потому что наш город разбомбили просто «в хлам». У меня многие родственники уехали: там ни квартиры, ничего не осталось, – это во-первых. А во-вторых... Вот у лучшей подруги моей мамы произошла история: она уехала, когда там «жесть» началась, в июле, по-моему, и ничего с собой не взяла, даже теплые вещи. Через неделю дозвонилась соседу, попросила посмотреть ее квартиру. Тот зашел, а там на кровати какая-то посторонняя баба лежит, потом мужик зашел, сказал: «У вас ничего себе квартирка. Теперь она принадлежит ополчению». И вот они теперь там живут, спят на ее кровати, баба ее вещи носит.

 

Ю.К. Интересно, а она сама-то ходила до этого на референдум о федерализме?

И.Д. А стоит ли на них пенять?.. Темнота. Я знаю многих, кто ходил, они всё себе совсем по-другому представляли. Моя бабуля ходила, спрашиваю – зачем? «А чтоб войны не было ...» – «Какой войны?» – «А чтоб бендеры в правый сектор не стреляли». Что ей скажешь? Добилась своего – бендеры теперь в правый сектор не стреляют... Но опять же, что на них пенять? Что украинские власти за 23 года для людей сделали, чтобы эта темнота их уважала?!

 

Ю.К. Они, наверное, думали, что будет, как в Крыму: раз – и мы в России?

И.Д. ... и всё, от нас отстанут. А сейчас, когда говоришь с людьми, то никто уже и не связывает это воедино, потому что представление обо всём было совершенно другое. Одна моя родственница сразу после Крыма сказала: «Вот увидишь, после Крыма мы – следующие». Я ей говорю «Не кличьте к себе войну, никому Вы там не нужны и никто вас отсюда не отпустит легко». Она говорит: «Тогда у нас будет новый Сталинград. Священная война!» А когда Сталинград реально пришел, и не с запада, а с востока, и начались смерти и разрушения, пафос куда девался ... А бендеры к ним так и не доехали.

 

Ю.К. Но ведь кто-то же эту федерализацию продвигал…

И.Д. Те, кто это продвигал, конечно, этого дерьма и накрутили. А большинство повелось. Они реально не знают, за что там кто воюет…

 

Ю.К. А ты знаешь лично хоть одного ополченца? Знакомый какой-нибудь?

И.Д. Нет. Из 50-ти моих знакомых, из всех знакомых моих знакомых никто активно не участвует. Я туда постоянно езжу и могу представить. Из этих людей никто не воевал никогда. И они никогда не хотели воевать. И сейчас там никто не хочет воевать. Даже «гопота» местная. Я знаю двух-трех, которые к криминалу вроде отношение имели. Спрашивал знакомых: «Эти там не воюют?» Какой там! Первыми свалили.

Понаехали какие-то черт те откуда... Наши этих ополчений боятся. Первыми появились чеченцы, и наши сразу почувствовали, – у нас не было таких брутальных...

 

Ю.К. А проблема языка была когда-нибудь?

И.Д. Украинского – была. Его у нас реально ущемляли. Я сам его с пятого класса в Украине как иностранный учил. У меня один родственник всегда хохлов на смех поднимал – поросяча мова. А когда слышу: бендеры к власти пришли, запрещают русский язык – хочется, пардон, в рожу плюнуть...

Отношение на Донбассе к Украине всегда было не самое лучшее, как и в самой России. Я бывал в России и всегда чувствовал, что мы для них, так сказать, «братья наши меньшие». А когда был в Западной Украине, мне там очень понравилось: люди совсем другие и культура совершенно другая. Я сказал бы, что я в первый раз на Украине побывал.

 

Ю.К. Как ты думаешь, чем эта война закончится?

И.Д. Будет кусок непризнанной территории. Путин на уступки не пойдет и своих оттуда не выведет. Как о части цивилизованного мира о ней можно забыть. Будет серая депрессивная территория без молодежи. Кто-то останется в России, кто-то среди бендер и правосеков, которые не только друг в друга не стреляют, но и дружить с ними, оказывается, можно. Мои вот в Сумы переехали, всё бросили, сейчас без вещей и денег. Пользуясь случаем, обращаюсь к читателям: я собрал кое-какие вещи, может ли кто-то помочь передать их в Сумы?

 

Когда-нибудь война в Донбассе закончится... Надеюсь, что скоро. Но две несчастные области в этой войне проиграли безвозвратно. Молодежь не хочет там жить. Что может быть трагичней?!

 

АННА (настоящего имени просила не называть), Донецк. 20 лет, студентка

 

Ю.К. Я знаю, ты во Львове сейчас. Привыкла?

А. Не очень. Туристкой себя не чувствую, но и местной тоже. Если бы я осознанно сюда стремилась, то интегрировалась бы быстро, но я ведь здесь вынужденно, планы у меня были другие.

Ю.К. А почему ты решила ехать именно во Львов?

А. Так вышло. Это абсолютная случайность. Мы отдыхали в Карпатах, остались во Львове. Думали ехать в Киев, но как-то остались. То есть, это не обдуманное решение. Думали, что сможем вернуться. Мы не думали, что так затянется.

Ю.К. Все вокруг по-украински говорят?

А. Не сказала бы. Много молодёжи говорит по-русски, а реагируют на русский практически все нормально. Один раз в кафе женщина постарше заметила: что-то много русской речи – но без раздражения, просто констатировала с некоторым удивлением. Я в первое время говорила по-украински, у меня с этим проблем нет, но русский привычнее, я к нему вернулась, и никаких проблем нет.

Ю.К. То есть, ничего радикального у "западэнцев" нет?

А. И так бы не сказала. Во Львове беженцев в разы меньше, чем в других крупных городах. У местных большая обида на то, что дончане едут к ним, а их молодёжь едет воевать на Донбасс. Они помогают армии, солдатам, но не хотят помогать переселенцам - мол, сами позвали войну, так воюйте у себя, а не разбегайтесь. Квартиры сдают со скрипом. на работу молодёжь не берут. Я – 20-летняя девушка, я должна стрелять, убивать? Есть вообще такие радикальные, как и у нас в Донецке: кинуть бы на вас бомбу побольше, чтобы наши ребята там не гибли. Это слышать обидно до слёз: у меня ведь там родители живут...

Ю.К. Твои родители сейчас в Донецке?

А. Я уехала отдыхать третьего июля и больше не вернулась. Мама уехала в середине месяца к брату в Киев. Пока была просто стрельба, мы держались, я вступительный экзамен в университет писала под звуки стрельбы. С марта месяца, с первых митингов, я не выходила без листа бумаги в скотче с группой крови, номерами телефонов близких, данных об аллергиях ... Ну а когда начались взрывы, мама уехала. Но уже вернулась: деньги закончились, а главное, папа ведь остался там.

Ю.К. Кто-то из твоих близких или друзей участвовал  в референдуме?

А. Из знакомых и близких – никто.

Ю.К. А ты ДНР, ЛНР, Новороссию признаёшь как государственные образования?

А. Нет. Конечно нет! Для меня это абсурд, не имеющий ничего общего с реальностью. Потому что люди, которые говорят об этом, ну, они хотя бы удосужились прочесть определение, что такое государство. Бюджет из чего будут формировать? Из разграбленных банкоматов? Это всё выдумка, фарс, не имеющий никаких черт государственности. То есть, я никогда не думала, что это до таких размеров вообще дойдёт. Адекватные люди жили своей жизнью, они думали, что, ну, сейчас побесятся и успокоятся. Нет…

Ю.К. Молодёжь не ходила на референдум? Там в основном бабушки были?

А. Ещё как ходила. Люди низших социальных слоёв активно это поддержали.

Ю.К. А много было людей, действительно что-то около 90%?

А. Нет, это точно не правда. Я не была на таких участках. Я проходила мимо участка в моём районе, и там стояло пять человек. Это то, что я сама видела. То есть, в моём огромном центральном районе не было очереди, не было толпы, не было желающих.

Ю.К. А мне говорили, что в Луганске действительно 90% было….Может, это зависит от района?

А. Конечно, это зависит от района. Потому что, например, в Гладковке, шахтёрском районе, на первый же митинг в марте вышли тысяч десять, не меньше.

Ю.К. А среди студентов?

А. В моей группе трое таких сепаратистов. Не случайно, что все из маленьких городков, где нет работы, зато море пьянства. Там люди стремятся к другой жизни, как их в этом упрекнуть? Но зомбированы они конкретно. Первого июня, в День защиты детей, эти наши сепаратисты растоптали конфеты «от Порошенко». Одна девочка с экономического факультета блеснула знаниями: зачем вы их топчете, Порошенко за них деньги-то от вас уже получил. Они говорят: у этих конфет привкус крови.

Ю.К. Такие убеждённые?

А. Да, они легко поддаются пропаганде. Народ просвещать надо. У нас много лет народу не уделяли внимания, теперь пожинаем...

Ю.К. Сейчас мнения меняются?

А. Меняются, но в разные стороны. Одни говорят – мы совсем не за это голосовали, другие озлобляются ещё больше – им от всех достаётся. И Россия к ним с пенсиями по 2000 долларов не спешит, а снаряды доставляет исправно.

Ю.К. Как полагаешь, россияне участвуют в донецких событиях?

А. В начале – точно да. Первого марта, на митинге, я нарочно у пяти человек спросила - который час? Все пятеро характерным русским говором ответили на два часа вперёд, то есть по московскому.

Ю.К. Пять из пяти – высокий процент ...

А. А ещё - много постов было в фейсбуке с расписанием бесплатных автобусов из Ростова и Белгорода на Харьков и Донецк. Да и общеизвестно, что российский флаг на здании областной администрации повесил москвич.

Ю.К. Тебе приходилось переживать что-то страшное там?

А. Я была на митинге тринадцатого марта на площади Ленина, когда в нас летели петарды, дымовые шашки, светошумовые гранаты, когда мальчик умер. Двадцать восьмого апреля, когда был марш, когда избили многих там до полусмерти, меня не было, я заболела бронхитом. Как-то бог уберёг. У меня многие знакомые отсидели в плену. Знакомые, родители знакомых.

Ю.К. Их взяли в плен во время АТО? Они воюют на стороне Украины?

А. Нет, они не солдаты. Это простые люди, на которых донесли соседи, что они «правосеки и бандеровцы» То есть, мои знакомые, совсем не солдаты сидели в плену.

Ю.К. Всегда по доносам?

А. Не обязательно. Есть система определения "вражеских элементов". Один мальчик из-за поста в фейсбуке сидел неделю.

Ю.К. А что они рассказывают про то, как с ними там обращаются?

А. Мне рассказывали – жестоко. Ну, раз на раз не приходилось. Там тоже встречаются более-менее нормальные люди, которые хотя бы дают пить и есть. Но рассказывали и страсти о том, как и иголки под ногти, и женщину по кругу, и солёная каша, чтобы потом пить хотелось, а пить не дают, и избиения ногами до полусмерти, и наручники первого размера, чтобы руки пухли.

Ю.К. А там есть кто-то из волонтёров, которые помогают украинской армии?

А. Волонтёров много было и остаётся. А по поводу страшных ситуаций ... Был ужасный обстрел моего родного района, где погибло и ранено несколько человек. Сравняли с землёй половину инфраструктуры района, домов.

Ю.К. А как ты относишься к усилиям власть предержащих?

А. Что мы можем знать об их переговорах? Как картинка, Порошенко мне импонирует – как говорит, как себя ведёт, какая семья. Но войну за две недели, как обещал, не закончил. А западные санкции ... Может быть, со временем они Россию ослабят, но люди гибнут сегодня, и на это санкции никак не влияют.

Ю.К. Какие перспективы у твоего края?

А. Я безумно люблю свой край. Каждый уголок, и шахты, и терриконы, и всех шахтёров, для меня дорог этот край. Мне очень жаль, что его загубили. К сожалению, восстановить его – это десятки лет. Это много сил и денег.

Ю.К. Десятки, думаешь?

А. Да, я думаю десятки. Сколько там даже в границах самого города повредили заводов и шахт…Это миллиарды и миллиарды, которые негде взять. А сколько домов? А сколько больниц? Это очень печально, потому что у нас много замечательных трудолюбивых людей.

Ю.К. Молодёжь уже не возвращается в Донецк?

А. Это, увы, так. Это правда.

Ю.К. Это печальней всего. Во что город превратится...

А. В город стариков и какого-то отребья. Это очень жалко, потому что у нас действительно молодёжь такая была…

Ю.К. Никто не хочет возвращаться?

А. Скажем так, я хочу вернуться в тот Донецк, каким он был, но которого нет. А в этот – только в гости к родителям. А куда возвращаться? Где людям работать? Где людям учиться? Где им растить детей?

Ю.К. Но кто-то же возвращается? Говорят, сейчас пробки на въезде?

А. У людей деньги закончились. Так что жизнь там какая-то теплится – рынки работают сейчас стихийные, транспорт. Люди цветы поливают!

Ю.К. Хоть что-то нормализуется?

А. Бывает очень много провокаций. Сепаратисты часто сами разъезжают на танках с украинскими флагами, делают картинку российскому телевидению. Не секрет, взять, например, покушение на товарища Пушилина в центре города возле ресторана. Когда убили его водителя, а его не убили. И все понимали, что это надувательство и «картинка» - через 5 минут там было российское TV. Ведь даже если они были там где-то рядом, они же не могли за 5 минут успеть собрать всю аппаратуру и приехать. Они врут и не краснеют. Я, например, была в шоке, когда ДНР-овцы Гладковку обстреливали и потом снимали видео:  люди кричат, вот, мол, подарок Порошенко на день независимости. Всё так перекручивают. А люди, что, сами не могут сообразить, откуда стреляли? И кто…? Ну, думать – это сложно… Меня там не было, но я прекрасно понимаю, что это не украинские военные, потому что отошли они. А в центре Донецка их не было никогда! То есть, Марьинка, Широкий, Аэропорт – это можно спорить, это далеко. Гладковка – это центр. Стреляли не издалека. Стреляли из района Ветки. Это не так далеко и понятно, что там нет никаких украинских военных. Да, засняли они - молодцы. Сделали отличную картинку, резонансную: дома разрушены, гастроном разрушен, школу задело, женщина умерла, мужчина умер...

 




<< Назад | №10 (205) 2014г. | Прочтено: 965 | Автор: Кротов Ю. |

Поделиться:




Комментарии (5)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Последние прокомментированные

Почему евро падает, а доллар растет?

Прочтено: 9589
Автор: «Курс Консалтинг»

Кроссворд

Прочтено: 343
Автор: Кротов А.

Этюд о сомнениях и уверенности

Прочтено: 330
Автор: Калихман Г.

Как в Киеве? Путевые заметки

Прочтено: 557
Автор: Вайсбанд А.

Из Интернета по-русски

Прочтено: 1358
Автор: Шкляр Ю.

Что волнует жителей Германии

Прочтено: 773
Автор: Кротов А.

Полчаса на войне

Прочтено: 965
Автор: Кротов Ю.

Полное пособие для живущих вместе

Прочтено: 988
Автор: Миронов М.

Если работодатель – банкрот

Прочтено: 583
Автор: Кримханд В.

Река времен: октябрь

Прочтено: 269
Автор: Воскобойников В.

Предтеча Евросоюза

Прочтено: 291
Автор: Переверзев Ю.

Едем в Целле

Прочтено: 399
Автор: Патрунов Ф.

Конец сезона – пора в дорогу!

Прочтено: 148
Автор: Reisebüro Insel

Ожоги в полости рта

Прочтено: 303
Автор: Гуткин Р.

Гениальный юноша с трагической судьбой

Прочтено: 419
Автор: Плисс М.

Новости

Прочтено: 338
Автор: Кротов А.

Плохой человек

Прочтено: 394
Автор: Мурашова К.

Высокая миссия отца Эрвина Иммекуса

Прочтено: 218
Автор: Ухова Н.

«Война санкций» Россия – ЕС

Прочтено: 850
Автор: «Курс Консалтинг»