Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
История >> Люди, вошедшие в историю
«Партнер» №3 (114) 2007г.

Гуманисты Ренессанса

Закономерности в немецкой истории

Анатолий Сирота (Эммендинген)

ГУМАНИСТЫ РЕНЕССАНСА
Продолжение.

  Продолжая начатый в предшествующих публикациях разговор о судьбах итальянского и немецкого гуманизма эпохи Возрождения, мы, как и ранее, будем использовать в качестве "путеводителя по эпохе" классический труд Людвига Гейгера "Ренессанс и гуманизм в Италии и Германии" (Renaissance und Humanismus in Italien und Deutschland», 1882).

Первые шаги

  В 1444 г. в Гейдельбергском университете появился молодой – ему тогда не было еще и тридцати - профессор Петер Лудер (Pertrus Luder). Курфюрст Пфальца поручил ему преподавать латинский язык и разъяснять труды древних авторов. Перед этим Лудер, уроженец маленького немецкого городка, несколько лет провел в Италии, где получил гуманистическое образование. «Преподавательский коллектив» отнесся к новому коллеге крайне враждебно. Как и в других университетских центрах, в Гейдельберге тон задавали приверженцы схоластики. Вопреки тому, что в советские времена утверждали лекторы общества "Знание", эта "служанка богословия", опиравшаяся на тексты Платона и Аристотеля, была не только бесплодным умствованием, но и поспособствовала становлению рационализма Нового времени, в частности, науки логики. Гуманизму она была, однако, глубоко враждебна, и всё дальнейшее развитие немецкого гуманизма проходило под знаком конфликта со схоластикой, последствия которого первым и испытал на себе Лудер.

  Можно предположить, что неприязнь вызывала у "профессорско-преподавательского состава" и сама личность латиниста – нестрогого в своих религиозных убеждениях и в образе жизни, никогда не упускавшего возможности выпить. Тем не менее, Лудер продержался в Гейдельберге до 1460 г., и лишь чума заставила его покинуть этот город. Пустившись в странствия по Германии, он неудачно провел диспут с заезжим итальянским гуманистом и, рассудив, что профессора из него не вышло, решил переквалифицироваться во врача. Стихотворения, письма и тексты речей Лудера выдают в нем человека поверхностного. Признавая за ним честь "ласточки", возвестившей грядущий приход в Германию весны гуманизма, историки утверждают: практических последствий для становления нового мировоззрения его деятельность не имела даже в Гейдельберге, где гуманизм расцвел впоследствии пышным цветом.

  Сходной была и судьба современника Лудера, странствующего поэта-гуманиста Самуэля Кароха (Samuel Karoch), также получившего образование в Италии и, подобно Лудеру, не отличавшегося ни глубиной знаний, ни совершенством «морального облика». Рассуждая о причинах неудачи этих первых попыток насадить гуманизм в Германии, Гейгер отмечает, что признание новых идей всегда зависит от личности их "носителя". Успех не выпадает на долю чужестранцев или тех соплеменников, которые слишком заметно и в своем мировоззрении, и в образе жизни оторвались от родной почвы, а с Лудером и Карохом произошло именно это. Действенными предшественниками расцвета немецкого гуманизма смогли поэтому стать люди иного склада - почтенные бюргеры, которые и после полученного ими в Италии образования сохранили многое из того, что воспитала в них жизнь в условиях замкнутости средневекового города. Гейгер набрасывает словесные портреты этих людей, сочетавших итальянскую образованность и искреннюю преданность идеям гуманизма со всеми чаяниями и предрассудками своей среды. Одним из них был Феликс Хеммерлин (Felix Hemmerlin, 1398 – 1460 гг.). Он осуждал пороки папства и лицемерие нищенствующих монахов, живущих в роскоши и безнравственности, но делал это не как реформатор, а, напротив, с позиций «доброго старого времени». И при этом разделял с народом его веру в сверхъестественное: в духов, чертей, ведьм и заклинания погоды.

  Подобная многослойность мышления характерна для всех переходных периодов истории, к числу которых, наряду с Ренессансом, относится, например, и переход от социализма к капитализму в современной России. Западный мир с изумлением взирает на россиян, многие из которых сочетают либеральные прозападные экономические идеи с унаследованными от прошлого представлениями об "агрессивном блоке НАТО", угрожающем "миролюбивой" России. Иногда в этой связи говорят о "шизофренической раздвоенности" сознания. Думается, для такого диагноза нет оснований: шизофрения - это патология, а многослойное мышление во время переходных периодов есть очевидное следствие того, что в истории новое не возникает одномоментно в полностью завершенном виде, а постепенно развивается из старого и поэтому частично сохраняет его в себе. ("Результат аккумулирует в себе пройденный путь", как говорят философы.)

  Проблема многослойности мышления ранее ("Partner" № 11/2006) нами уже обсуждалась со ссылкой на В. Лазарева, указавшего, что ренессансный мыслитель в своих рассуждениях не проводит последовательно какой-то один принцип, а следует сразу многим. Философское обоснование многослойности мышления можно, по мысли Лазарева, обнаружить в трудах Николая Кузанского, учившего, что все утверждения об истине являются лишь частичными ее отображениями и поэтому любое из них имеет право на существование. Это было для своего времени в высшей степени революционное утверждение: ведь из него следовало право мыслителя на отход от догматических предписаний!

  Николай Кузанский (Nicolaus Cusanus, 1401-1464 гг.) родился в семье купца и кораблевладельца Иоганна Кребса в городке Кузе (Kues auf der Mosel) близ Трира. Сохранились его дом и богатейшая библиотека. Свое образование он начал в школе «Братьев общей жизни» в голландском Девентере и закончил в Падуанском университете. «По-ренессансному» широко одаренный, он прославился одновременно как философ, теолог, гуманист, математик, астроном, географ. Занимал самые высокие места в церковной иерархии (кардинал), был сподвижником папы–гуманиста Пия II (Пикколомини), вместе с которым пытался организовать Крестовый поход против захвативших христианскую Византию турок. Кузанец поклонялся абстрактному Богу («Бог везде и нигде»). Из общефилософских соображений он пришел к выводу о бесконечности Вселенной, о том, что в ее основе лежат математические соотношения, и предвосхитил открытие Коперника. Николай Кузанский – зачинатель философии Нового времени: Джордано Бруно был его учеником, среди его последователей значатся Декарт и Лейбниц, его влияние прослеживается в философии Канта и Гегеля.

  Николай Кузанский заботливо относился к коллегам. Последние не остались в долгу и, сохранив о нем добрую память, называли «ангелом света и мира, явившимся Германии среди темноты и беспорядка <...> и щедро посеявшим семена новой жизни». Но и этот создававший некоторые свои труды "за один присест" гениальный мыслитель, «вечности заложник», на века опередивший свою эпоху, был, вместе с тем, пленником своего времени: именно по его требованию Базельский церковный собор (с 1432 г.) обязал евреев носить особые нашивки: желто-шафранные звезды – мужчинам и две голубые полоски – женщинам.

Сетевая структура немецкого гуманизма

  Предшественники немецкого гуманизма заложили основу для его последующего и впечатляющего развития, начало и конец которого Гейгер относит приблизительно к 1470 и 1520 годам соответственно. Упоминавшаяся многослойность мышления "человека переходного периода" характерна и для общественных движений, но с одним существенным отличием: в то время как в голове отдельно взятого мыслящего индивидуума разнородные "слои" мирно сосуществуют, пребывая как бы в непересекающихся плоскостях, между разнородными "интеллектуальными слоями" общественных движений возникают "трения", вспыхивают дискуссии.

  О чем же спорили между собой немецкие гуманисты? Одни ориентировались на Италию и, стремясь максимально приблизиться к ее культуре, не проявляли интереса к культуре собственной страны, другие ставили во главу угла патриотизм и, всячески стараясь возвеличить прошлое и настоящее родины, не останавливались порой перед искажением истории. Одни, оставаясь в плену средневекового мировоззрения, относились к церкви и ее заповедям как к высшему авторитету во всех сферах жизни, а теологию считали привилегированной формой интеллектуальной деятельности. Другие, отвергая церковные авторитеты и ставя превыше всего служение науке, отваживались вступать с теологами в затяжные (и опасные!) споры. Обращаясь к трудам своих великих предшественников времен античности, эти гуманисты дополняли их позднейшими знаниями, включая добытые ими самими. Но, посвятив себя целиком и полностью этим ученым занятиям, они забывали о требованиях повседневности. Те, кто им противостоял, находились в гуще жизни. Они ощущали надвигающиеся перемены, видели, как рушатся привычные жизненные устои, но, не имея навыков серьезной умственной работы, ничего не могли противопоставить тяжким испытаниям, неизбежно сопровождающим "время перемен".

  Подобные контрасты между теми, кто развивается быстрее (Vorwaertsdraengende), и отстающими (Zurueckgebliebene) повторяются во все времена, - раздумчиво замечает Гейгер, завершая вышеизложенный анализ. Что ж, на политической сцене современной России действительно перемещаются все те же "исторические типы": ультра-патриоты противостоят западникам, приверженцы обветшалой идеологии враждуют с теми, кто вырвался из ее плена, "практики" критикуют "оторвавшихся от жизни теоретиков". Поэтому, согласившись с весьма актуальным и для нашего времени утверждением историка о временах прошедших, последуем за ним далее.

  Теперь нам предстоит узнать, какие "организационные формы" сложились в общественном движении немецких гуманистов, которые не только дискутировали, но и активно сотрудничали между собой. Подходящим для описания этих форм является модный термин - "сетевая структура". Имеется в виду такая организация, при которой строго централизованное руководство отсутствует, и ячейки сети создаются «по инициативе снизу». В Священной Римской империи конца XV в. сложилась сетевая структура сообществ гуманистов. Если в самом широком смысле определить интеллигенцию как социальную группу, состоящую из неравнодушных (но не по долгу службы!) к общественным судьбам интеллектуалов, то гуманистов Италии и других стран Европы следует признать интеллигентами, а сообщества немецких гуманистов можно, говоря современным языком, называть "неформальными объединениями творческой интеллигенции".

  Существовало несколько типов таких объединений: в дополнение к местным - в городах, при университетах, княжеских дворах – сложилось также два сообщества, охватывавших значительные территории: Дунайское и Рейнское. Связи между членами различных сообществ поддерживались, главным образом, благодаря интенсивной переписке, но, несмотря на все опасности, поджидавшие путников на дорогах, имели место и личные контакты. В каждом из сообществ Гейгер выделяет одного или нескольких наиболее значительных поборников нового мировоззрения - неформальных лидеров, вокруг которых сплачивались рядовые члены сообществ.

  "Точками роста" цивилизации, приходившей на смену Средневековью, были города. Выполнявшие на протяжении многих веков главным образом административные функции, они становятся центрами ремесленного производства и торговли, освобождаются от феодальной зависимости. В XII в. уже не в монастырях, а в городах создаются наиболее благоприятные условия для развития духовной культуры. Под прикрытием крепостных стен, защищавших от рыцарей-разбойников, возникают школы и университеты, разрабатываются правовые уложения, строятся готические соборы. Детищем прежде всего городской культуры был и гуманизм. Подсчитано: около половины немецких гуманистов были выходцами из бюргерской среды, кроме того, десятую часть составляли так называемые патриции - "отцы города", состоятельные люди, возглавлявшие городское самоуправление. На долю "не городских" сословий - дворянства и крестьян - приходились лишь пятая и десятая доли от общего числа немецких гуманистов, соответственно. С двумя гуманистами-патрициями мы познакомимся в следующей статье.


<< Назад | №3 (114) 2007г. | Прочтено: 424 | Автор: Сирота А. |

Поделиться:




Комментарии (0)
  • Редакция не несет ответственности за содержание блогов и за используемые в блогах картинки и фотографии.
    Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

130 лет со дня рождения Бориса Пастернака

Прочтено: 2561
Автор: Воскобойников В.

Как Фридрих Великий с мельником судился

Прочтено: 2154
Автор: Переверзев Ю.

МАГДА ГЕББЕЛЬС. НЕУДАВШИЙСЯ СПЕКТАКЛЬ

Прочтено: 1997
Автор: Харманн Г.

Лион Фейхтвангер. Жизнь и творчество

Прочтено: 1797
Автор: Калихман Г.

Руки Че Гевары

Прочтено: 1771
Автор: Жердиновская М.

ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЕ КОРОЛИ РОССИИ

Прочтено: 1640
Автор: Левенгарц В.

Кто вы, адмирал Колумб?

Прочтено: 1555
Автор: Жердиновская М.

Барон Фон Щтиглиц – русский банкир и меценат

Прочтено: 1501
Автор: Переверзев Ю.

«Истинно Гамбс есть гений в своем роде...»

Прочтено: 1492
Автор: Фишман В.

МУСА ДЖАЛИЛЬ. СВЕТ И ТЕНИ ПРОШЛОГО...

Прочтено: 1466
Автор: Вагизова В.

Испанская королевская семья

Прочтено: 1439
Автор: Жердиновская М.

Генерал Брусилов и брусиловский прорыв

Прочтено: 1427
Автор: Нордштейн М.

Карл Маркс. Часть 1

Прочтено: 1387
Автор: Калихман Г.

Братья Гумбольдты

Прочтено: 1374
Автор: Переверзев Ю.

Карл Фукс - почётный гражданин Казани

Прочтено: 1242
Автор: Шкляр Ю.

«Вечный огонь» Льва Троцкого

Прочтено: 1200
Автор: Кротов Ю.