Русский Deutsch
Menu

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

F

Темы


Воспоминания

Леонид Комиссаренко  

 Главы из книги воспоминаний

«Начальные обороты»

 

 Конверсия

 Как бы это на первый взгляд ни противоречило логике, но для меня конверсия началась с сохранения производства боеприпасов.  Был конец 1990 года, в воздухе запахло уже грозой, но никто и представить себе не мог, что она сметёт империю. Никто – это в широком понимании. А в узких кругах такой исход событий, думаю, не исключался. По крайней мере по линии ГРАУ летом того года поступила команда: рассмотреть все получаемые по кооперации материалы по критерию республики-поставщика. Имелось в виду определить, что получаем из-за пределов региона Россия-Украина-Белоруссия. Учтём, что произошло это ещё до солженицынского «Как нам обустроить Россию». К этому времени  существенного сокращения госзаказа пока не наблюдалось. Всё по традиции началось со звонка по ВЧ. Звонил зам. Министра, бывший наш директор. Как всегда в таких случаях, приказ: «Завтра к 10-ти быть в министерстве. Задачу получишь на месте». Приезжаю. Задача – веселее некуда: несколько дней назад, рассматривая сокращение ассигнований на закупку боеприпасов артиллерии, Генштаб принял решение (пока предварительное) о катастрофическом для нас сокращении заказа 152мм ОФС «Наместник». Остаётся чисто символическое количество, нас ни в коем случае не устраивающее. Этого мне можно было и не говорить: уж я-то знал, что это весьма удачное изделие составляло на тот момент около половины всего объёма производства объединения, и никто, кроме нас, его в Союзе не делал. В качестве материала для размышления показал мне от руки записанную информацию по всей номенклатуре предполагаемых сокращений. Картинка оказалась впечатляющей. Для спасения ситуации мне надлежит «проникнуть» в Генштаб СА и убедить тамошнее начальство оставить в неприкосновенности  «Наместник» за счёт любых других изделий. В скобках подразумевалось, что, будучи зам. министра, он не может в открытую отдавать предпочтение интересам бывшего (и будущего) своего завода. Посему я должен действовать, используя все свои формальные и неформальные связи на уровне ГРАУ и Госплана. Главная моя задача – окончательный вариант предложений Минобороны не должен покушаться на «Наместник». Дальнейшее прохождение этого документа – не моя забота, понимай, что здесь всё схвачено. На выполнение – двое суток; потом будет поздно. К концу инструктажа было около одиннадцати. Звоню в Госплан Ю.Н.Стародубу, пытаюсь пробиться к нему на очную консультацию. Ответ отрицательный: он в курсе, мой приезд согласован с ним, но ни у него, ни у меня времени не остаётся, так что двигай в ГРАУ, там помогут, чем смогут. Они свои аргументы уже исчерпали, да и не очень попрёшь у военных против начальства.

Вперёд. На Фрунзенской набережной длинный разговор с генералом М.М. Селивановым и полковником И.М. Авсеенко, соответственно нач. управления и нач. отдела. Да, с опозданием пришло время разговоров почти на равных, как сейчас, в тех кабинетах, где не раз доводилось мне  испытывать дрожь в коленках и пульс выше сотни. Но должен признать, что с самого первого раза отношение было и осталось несравненно лучше, чем на собственной фирме. Во всяком случае всегда доброжелательным, даже при отказах, кои случались тоже.

А сейчас пытаемся выстроить линию моего поведения при визите к зам. нач. Генштаба по вооружению генерал-полковнику Л. Сходимся на том, что придётся импровизировать, но на какую тему – это уже по месту. Селиванов звонит в Генштаб, заказывает мне пропуск. Обычно это делается задолго накануне, но если звонит генерал генералу, то речь идёт не более, чем о часе. Не до автобуса, хватаю такси и на другую набережную – Москва-реки. Пропуск ждёт. В приёмной, к моему удивлению, за секретарским столом – генерал-майор, да ещё и, как оказалось, друг Селиванова. Этим и объяснялась договорённость о моём посещении и быстрота его оформления. Генерал Л. оказался в высшей степени приятной личностью чуть старше меня возрастом. Контакт установился мгновенно. И сразу же после первого его вопроса стало ясно, о чём мне говорить. Речь была о давно сложившейся у меня на базе многолетнего собственного опыта собственной же концепции головного завода применительно к массовому производству снарядов. Отсюда прокладывался мостик к системе  распределения заказов и далее к актуальной ситуации.

Такого заинтересованного слушателя я больше припомнить не могу. Складывалось впечатление, что и он работал над этими вопросами, хотя такого теоретически быть не могло. Несколько раз звонили аппараты ВЧ, но он прерывал наш разговор только для того, чтобы извиниться перед звонившим за невозможность прервать важное совещание с представителем промышленности. В какой-то момент я обратил внимание на то, что кабинет постепенно заполнился генералами –  очевидно, наступило время  совещания, но Л. не торопил меня ни словом, ни взглядом. Скорее наоборот, ему явно хотелось, чтобы был услышан подчинёнными давно ими забытый глас народа. Ведь министерские в этом плане не в счёт. В заключение он назвал мои доводы весьма убедительными и обещал принять их во внимание при формулировке окончательного варианта предложений МО Госплану.  

Когда я вышел, было уже довольно поздно, так что     докладывать в министерстве никому не стал, позвонил только в Госплан Стародубу, на кухне квартиры которого и докладывал до 2-х ночи. Заму министра доложил только утром, за что и получил втык  (со смягчающими обстоятельствами места первичного доклада). Через  день появились данные о результате. Такого не ждали даже при самых оптимистических предположениях: все предварительные цифры были откорректированы в пользу «Наместника»! Да, жаль, конечно: с таким результатом по открытой тематике можно было бы запросто попасть в книгу рекордов Гиннесса. А так как общий объём снижения заказов был весьма значителен, то раздетыми оказались очень многие. Посему и миссия моя не рекламировалась, никто о ней не знал ни в моём 1ГУ, ни в ГППУ (планово-производственное управление).

Итогом этого «культпохода» было обеспеченное существование завода в 1991 году или, с позиций сегодняшнего дня, продление агонии на год.  Непонятно было поначалу только, чего это работяги повадились по выходным наведываться ко мне на дачу и спрашивать у жены, не уехал ли я в Москву. Потом спросил у одного, который мне и растолковал, что все отлично знают, что езжу я туда за снарядными заказами, с которых они только и живут.

А теперь, собственно, к конверсии. Хотя мы, повторюсь, ещё по-настоящему от сокращения госзаказа не пострадали, но первые шаги в направлении гражданской продукции делать начали. Для моих людей первой задачей была кухонная мебель, стол с угловой скамейкой (уголок). Приволок его откуда-то начальник тарного цеха. Довольно бойко содрали эскизы, сделали чертежи. Освоили без особых трудностей. Единственный для меня интересный момент: в связи с отсутствием необходимых для обработки фасонных поверхностей копировально-фрезерных станков пришлось мне вспомнить, какой, будучи в 1956 году на практике на ЗИЛе, я видел обработку на простом фрезерном станке деревянной детали дверцы кабины грузовика ЗИС-3. Вот по этой же технологии всё и сделали.

Не могу не вспомнить и ещё один эпизод конверсии. Наш начальник инструментального цеха, хороший мой товарищ Саша Штокман работал раньше на заводе им. Лепсе в г. Кирове  и сохранил с тамошними ребятами дружеские отношения. От них же он узнал об успешном начале конверсии (товары народного потребления) и предложил директору направить делегацию для перенятия опыта. Мы и двинулись в необременительную поездку в составе самого инициатора, меня, гл. металлурга и гл. технолога. При пересадке в Москве отлично посидели в рыбном ресторане (ныне, кажется, «Барабулька»), там же затоварились пивом («Тройное золотое», между прочим) и рыбкой и поездом №1 уже с песнями двинулись дальше. Сашины друзья нас встретили, повели сначала по заводу. Вот из-за экскурсии я и привожу этот эпизод. Завод приборостроительный, минавиапромовский. Хотя у нас дома в смысле культуры производства к тому времени уже было не так уж плохо, но до здешней очень далеко. И, самое главное, даже основное. В литейном цехе – горы заготовок. Имея под боком главного металлурга, не грешно и качество литья оценить. Сколько я ни присматривался, ни одной раковины не нашёл. Объявил пари – рупь за раковину против права распоряжаться остатками московского пива. Втроём минут за десять пересмотрели пару сот деталей. Ни на одной ни единой раковины! «Ну вот! А мне тут кое-кто тридцать лет пытается вдолбить в мозги, что литья без раковин не бывает. Бывает, ещё как бывает. Но не у нас».

А как же товары народного потребления? А никак. Посмотрели у них много, но всё оказалось не по зубам. С тем и уехали.

Если с уголком всё было в порядке в смысле спроса, то по гораздо более серьёзному изделию – буровым замкам – дело обстояло иначе. Традиционно, с ранних послевоенных времён, снарядное производство при сокращении заказов переориентировалось на буровую технику. Тогда ещё не применялся термин конверсия, но задачи были те же. О тех временах я много был наслышан в начале 60-х от своего тогдашнего начальника цеха П.П. Пивоварова, любившего на довольно частых вечерних совещаниях рассказывать, как они в Челябинске в 45-м вместо «Катюш» стали осваивать бурзамки, и как при этом вначале ничего не получалось только потому, что всякие «умники» вздумали к этой гражданской Детально ознакомившись с производством на Дрогобычском заводе бурового оборудования, включая разрезку и мехиспытания образцов, проанализировав качество их продукции, потолкавшись вдоволь в кабинетах и коридорах Миннефтепрома, я пришёл к выводу, что только эта осмеянная Пивоваровым методика подхода к качеству даст нам возможность пробиться на только нарождавшемся рынке этой продукции. После 45-го прошло ещё 45 лет, обстановка абсолютно иная, и то, что тогда казалось смешным, сейчас будет единственно приемлемым. И роль военпредов должны взять на себя мои люди. Ох и тяжело нам это досталось! Частично я коснулся этого в заметке «Группа Г.», но подобных эпизодов было не счесть.

Дело осложнялось ещё и тем, что возглавить освоение производства было поручено зам главного В. Ерёмину, проявлявшему ну просто чудеса подлости, так что буквально каждое из ежедневных совещаний сводилось к попытке заставить меня отчитаться, сколько из забракованных ОТК деталей я лично и мои сотрудники пропустили, какие послабления в конструкторскую документацию ввели и т.п. Пока я сидел на совещаниях, ни до каких других вопросов дело попросту не доходило. Ерёмину ещё просто повезло, что после получасовых препирательств я в очередной раз высказывал при всём честном народе всё, что думаю о нём и его предках (потомков у него, к счастью для человечества, не было), и покидал совещание, давая ему таким способом возможность заняться делом.                    

Результаты проявленной твёрдости в следовании требованиям нами же разработанных ТУ не заставили себя ждать. Первые же образцы наших замков, поставленные на испытательный полигон Института буровой техники, показали рекордные данные, никогда ранее на отечественной продукции не фиксировавшиеся. Это, в свою очередь, дало возможность утвердить выгодную цену и с успехом наладить сбыт, обойдя конкурентов как традиционных, так и родственных из оборонки.              

Один запомнившийся с того времени момент. В Москве на Краснопресненской проходила международная выставка нефтедобывающего оборудования. Дали мне в министерстве гостевое приглашение. Кое-что интересное увидел на стендах разных фирм, но самые большие надежды возлагал на фирму TAXAS, где стендовик был явно из бывших наших, что тогда было ещё  ну очень большим исключением. Но разговора почему-то не получалось. Он нервничал, всё время оглядывался, ему было явно не до меня. Наконец он, взглянув мне за спину, просто изменился в лице. Оглянулся и я. К нам, раскрывая на ходу объятия, почти бегом приближалась группа человек около семи-восьми. Как я понял, были это его  однокашники по губкинскому институту, с которыми расстался он лет  за ...дцать до того без надежды когда-нибудь встретиться вновь. Но времена изменились. И изменились  настолько, что в совсем  недалёком будущем ожидала и меня судьба этого парня. И сегодня я не отказался бы от подобной встречи со старыми друзьями. Конечно, на том и закончилась моя экскурсия по стенду фирмы TAXAS.

Позднее были и общие вопросы конверсии. Сначала приехал Стародуб  и дал взглянуть на проект Совминовского постановления о конверсии. Интересный был документ, жаль, что выйти не успел до краха. А потом – вообще полный анекдот. Столкнулся в коридоре Главка с кем-то из главспецов. Тот просит меня срочно пройти на совещание в ГТУ. Прихожу и вижу полноразмерную импровизацию: все присутсвующие – представители заводов, но самых разных профилей: технари, экономисты, снабженцы, плановики, профсоюзники, режимники и вообще чёрт знает кто. Видимо, собирали по принципу: «Кого догоню, того и поимею». Кого нашли от заводов в здании Министерства, сюда и затолкали. Инструктаж короткий: «Американская фирма проводит для Союза правительственный (чей?) конверсионный проект стоимостью 10 млрд. долларов. Первый этап проекта – представление информации о подлежащих конверсии оборонных предприятиях. Нам (здесь присутствующим) надлежит в кратчайший срок, не позднее завтрашнего дня, доставить своим директорам пакеты с перечнем вопросов. Подробности – в пакетах». Судя по объёму пакетов, подробностей было много.

Я так бы никогда о них не узнал, если бы мне же и не поручили (вместе с теперь уже зам. директора А.И.Кононовым) работу выполнять. Срок – 5 дней (отсюда и спешка). Но вопросы, вопросы-то какие!? Для ответов пришлось лезть в документы первого отдела всех грифов секретности. Не иначе, вопросник составляли в ЦРУ. Такой цельной картины предприятий не имело даже  Министерство. Думаю, что цена этой информации была больше обещанных миллиардов. Что оставалось? Правильно: мы с А.И. добросовестно всё заполнили и описали, но в завершение присвоили всему пакету документов гриф «Сов.секретно». Дальнейшая судьба проекта мне не известна. Но сама постановка вопроса! За идиотов они ведь вряд ли нас держали...

 






<< Назад | Прочтено: 21 | Автор: Коммисаренко Л. |

Поделиться:




Комментарии (0)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы