Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Путешествия >> Путешествия по Европе
«Партнер» №10 (253) 2018г.

Русская Прага. По литературным местам столицы Чехии

«Маленькая Прага –

а сколько имён и событий…»

 М. Цветаева – А. Тесковой

 

В русском зарубежье Прага уступала в блеске Парижу, а до 30-х годов и Берлину. Но у столицы Чехии в истории изгнания свое место. Понять это можно, взглянув на нее глазами приехавших в страну русских писателей.

 

В 1921-1922 годах президент молодой Чехословакии Томаш Масарик, в рамках идеи славянского братства, начал «Русскую акцию помощи». Страна приняла почти 35 тысяч русских эмигрантов – Прагу прозвали «русским Оксфордом». В стране творили такие светила науки (в т.ч. пассажиры «Философского парохода»), как философ Н. Лосский, юрист Д. Гримм (ректор Петербургского университета), историк права П. Новгородцев, социолог П. Сорокин, экономисты П. Струве, С. Прокопович, филологи Р. Якобсон, В. Францев, историки А. Кизеветтер, Н. Кондаков, Г. Вернадский, социолог и лидер евразийства П. Савицкий, секретарь Льва Толстого В. Булгаков и др.

 

В «русских Афинах» (второй титул Праги той поры) поселились Марина Цветаева, Аркадий Аверченко, Василий Немирович-Данченко, Евгений Чириков, Константин Бальмонт, Даниил Ратгауз. Наезжали сюда и «парижане»: В. Ходасевич, И. Бунин, Б. Зайцев, И. Шмелев, Ф. Степун. Д. Мережковский, З. Гиппиус, А. Куприн. Все они, кстати, сотрудничали с пражскими издательствами. Союз русских писателей и журналистов (1922-1941) объединил около ста членов. Молодые создали «Скит поэтов» (во главе с А. Бемом, 1922-1940) и «Далиборку». Возник лингвистический кружок Р. Якобсона. Сближению славянских культур служило общество Чешско-русского Единства.

Дух «русской Праги» жил в журналах «Воля России» (1920-1932), «Вёрсты», «Смена вех», «Своими путями», «Студенческие годы» (их было до 80-ти). Всего выходило до 213-ти русских периодических изданий. В издательстве «Пламя» в 1924 году вышел сборник Союза русских писателей в Чехословакии «Ковчег».

К началу Второй мировой войны русская колония поредела: от 25 тыс. чел. осталась половина. Страшным испытанием стали немецкая оккупация и освобождение Чехословакии советской армией. В 1945-м многих русских эмигрантов вернули под конвоем на родину – в лагеря. Оставшиеся надолго затаились. Общественная и церковная жизнь сошла на нет. Кто-то уехал на Запад. Русская Прага почти исчезла.

 

Но вернемся к 1 августа 1922 года, когда Цветаеву c дочерью встретил в Праге С. Эфрон, уже год как студент философского факультета Карлова университета. Новоиспеченная пражанка бродила по старой черно-белой (сродни шахматной доске) брусчатке, проникала в тайны мостов, парков, кладбищ, улиц, площадей, любовалась готическими башнями, барочными костелами, смотрела на Влтаву и острова, взбиралась на Петршин холм, сидела с друзьями в кафе. Спутниками ее были М. Слоним, А. Ремизов, В. Ходасевич, В. Набоков. Часто рядом шел университетский друг мужа Константин Родзевич, быть может, ее главная любовь. «Маленький Казанова» (так назвал его Эфрон) был ошеломлен напором нежности и страсти – и не выдержал. Но из электрического разряда чувств родились стихи.

 

Марина Ивановна много писала, печаталась, выступала. Явились «Поэма горы», «Поэма конца», «Крысолов», трагедия «Ариадна», цикл «Деревья», поэма-сказка «Молодец», 139 стихотворений (почти по одному в неделю). «Дар Цветаевой, – замечал редактор «Воли России» Марк Слоним, – достиг наивысшей полноты именно в изгнании, в безвоздушном пространстве чужбины». Сама она в журнальной анкете записала: «Родина не есть условность территории, а непреложность памяти и крови… писателю там лучше, где ему меньше всего мешают писать (дышать)».

Чешская хроника Цветаевой: частые переезды, семейные праздники, заработки и траты, свидания и переписка, семейные неурядицы, болезни близких – отражена на карте Праги и ее окрестностей. Городская часть путешествия займет почти день.

 

Начать, пожалуй, лучше с дома на улице Шведской (ul. Švédská 51/1373; авт. с ост. Kinských или с ul. Dlabačova), где Эфроны несколько месяцев снимали комнату. На персиковом фасаде – мемориальная доска (1989). Отсюда Марина Ивановна писала: «В Праге у меня хорошо, огромные окна на весь город и всё небо, улицы лестницами, даль, поезда, туман». Здесь создавала она «Поэму горы» и «Поэму конца».

 

Неподалеку холм Петршин (Petřín), куда идет фуникулер (с ост. Újezd в Малой стране; пешком 20 мин). О нем «Поэма Горы»: «Та гора была, как гром». Здесь раскинулись прекрасные сады, розарий. С петршинской башни, младшей сестры Эйфелевой, далеко видна Прага. Отсюда можно спуститься к Страговскому монастырю (Strahovský klášter) и Градчанам (Hradčany), где любила гулять Цветаева. Вот и красная церковь Св. Георгия (Bazilika svatého Jiří) под белыми башнями – «Святой Георгий под снегом». Рядом, под Градом, спускаются по террасам сады: «Семирамидины сады Висячие – так вот вы!». 

 

Дальше спуск по старым улочкам Малой Страны (Malá Strana). Зайдя на древнее Малостранское кладбище (Malostranský hřbitov),можно вообразить, как Марина Ивановна читала здесь письма друзей, размышляла.


Отсюда вместе с героями «Поэмы Конца» через Мальтийскую площадь (Maltézské náměstí)– к средневековому Карлову Мосту (Karluv most). На опоре с южной стороны – изваяние рыцаря Брунцвика (Bruncvík): в правой руке – меч, в левой – щит, у ног – лев. Цветаеву он поразил: «У меня есть друг в Праге, каменный рыцарь, очень похожий на меня лицом. Он стоит на мосту и стережет реку: клятвы, кольца, волны, тела. Ему около пятисот лет, и он очень молод: каменный мальчик». М. Слоним вспоминал: «М. И. была в восторге от рыцаря, от тишины, от запущенной Чертовки и через два дня после нашей прогулки принесла мне своего «Пражского рыцаря»: «Бледно – лицый / Страж над плеском века – / Рыцарь, рыцарь, / Стерегущий реку».

Вблизи Карлова моста знаменитая барочная библиотека Клементинум (Mariánské náměstí 5), куда постоянно заходила Цветаева. Мост ведет к Староместской площади (Staroměstské nám.). Марина Ивановна посещала стоящий здесь православный храм Св. Николая (сейчас Kostel sv. Mikuláše). В «Поэму горы» «попали» знаменитые астрономические часы Орлой (Pražský orloj) с «ходом апостолов» и календарным циферблатом. Отсюда шла она «в полный цвет сирени» на Еврейское кладбище в квартале Йозефов (Josefov, Široká, 6 мин. от площади).


Часто бывала Цветаева в редакции «Воли России», в пассаже на Угольном рынке (Uhelný trh, 1/420,9 мин. от Староместской пл.), где в XVIII веке в трактире «У трех львов» Моцарт писал «Дон-Жуана». Получив приглашение М. Слонима, Марина Ивановна шутила: «Ну, как у вас там – угольный торг или политическое торжище?». Но имя Моцарта решило всё: «Тогда я обещаю у вас сотрудничать». Самому редактору публикация «непонятных» цветаевских стихов стоила немалых споров с коллегами.

 

Рядом на наб. Сме́таны (Smetanovo nábř. 1012/2) по сей день работает кафе «Славия» (Kavárna Slavia), любимое место пражской богемы. Присядьте у окна, полюбуйтесь видом на Влтаву и Национальный театр (Národní divadlo). За чашечкой кофе вспомните, что в этом зале сиживали М. Цветаева, А. Аверченко, Вас. Немирович-Данченко, Е. Чириков... Завсегдатаи даже укажут на «цветаевский» столик в углу – самый близкий к Пражскому Граду.

 

Теперь к гостинице Беранек (Hotel Beránek), на улице Белеградской на Виноградах(ul. Bělehradská 110, № 9, ост. Narodni Divadlo – I.P. Pavlova, 9 мин.). Здесь проходили по пятницам встречи общества «Чешско-русское единство», где работала подруга Марины Ивановны, переводчица Анна Тескова, а сама она не раз читала стихи.

 

Если будут время и силы, освойте загородный цветаевский маршрут. 20 км займут полчаса на машине, 20 мин. на поезде (Praha-Smichov – Vsenory). Белое низкое здание вокзала – на месте. О нем Ариадна Эфрон вспоминала: «Думаю, что из всех вокзалов, с которых когда-либо куда-либо отбывала, на которые когда-либо прибывала (или встречала, или провожала) Марина, больше всего ей в душу запал этот, Вшенорский: чистенькая, безлюдная пригородная станция, с прилаженными под навесом цветочницами, из которых свешивались настурции; два фонаря по краям платформы; семафор; рельсы». Вдоль него вышагивала Марина в воображаемом ожидании Пастернака: «Ходила взад и вперед по темной платформе – далеко! И было место – фонарный столб – без света, сюда и вызывала Вас – Пастернак!»

 

Идя от платформы прямо, вы еще издали увидите огромный «лукоморный» дуб-великан. Неутомимый ходок, Марина Ивановна обошла все окрестные холмы и долины. Вот ее впечатления: «Глубокая сырая лощина с дачным поселком посередине неприветлива. Низкорослый вереск, черника в смешанном лесу на высоких холмах сменяется папоротником у тихо булькающего ручья. Вблизи незатейливые дачи, гостиница с кегельбаном, пропахнувшая пивом, жилища железнодорожников…» Здесь Марина Ивановна была счастлива и несчастна, переписывалась с Борисом Пастернаком и Александром Бахрахом, мечтала, сочиняла. Пойдя за водой к ключу, воображала, что несет ведро, полное воды, и луну…

 

Пожалуй, начать путешествие стоит в библиотеке Вшенор близ железной дороги (Všenorské knihovně, U Silnice 151).Чешское Общество Mарины Цветаевой открыло здесь ее Центр: издания поэта и о поэте, фотографии. В литературный путеводитель «Прага Марины Цветаевой» (Г. Ванечковой и др.) вошли размеченные карты и фотографии, поэтические и эпистолярные фрагменты, перечень адресов. Под окном – куст «Марининой» рябины.

Прогулка позволит увидеть в окру́ге места, где жила семья Эфронов. Дом лесника (Nový Dvůr, Černolice). Дом пана Саски (Horní Mokropsy 19/66) со «стенами в полтора аршина» и ромбовидным чердачным окошком, откуда мать и дочь смотрели на храм с «кладбищем-цветником».

На каменной ограде у уцелевшего добротного дома пана Грубнера (ul. V Chaloupkách 521) установлена мемориальная аспидная доска: на ней процарапана ночная записка Марины убегающему утром мужу: «Сыр и масло за окном... Не упусти молоко!!! Не забудь письма. Простись!!!». Под текстом спящая рысь (домашнее имя хозяйки) и лев (прозвище Сергея), дата «1923». Здесь писала она «Крысолова».

А еще дом в Йиловиште (Jíloviště, ul. Pruzhni 8), куда Марина и Ариадна переехали со Шведской улицы и где дописывала Цветаева «Поэму Конца». И дом в Черношице (Dolny Mokropsy сейчас ul. Slunečná, 37/642, Černošice).

 

Уцелела и отреставрирована вилла «Боженка», где Марина Ивановна общалась с соседями: писателем Евгением Чириковым и вдовой Леонида Андреева. Бывали здесь и литературные «посиделки» – «Вшенорско-мокропсинский русский клуб», а на Рождество наряжали елку.

Наконец, дом Ванчуровых во Вшенорах (Vsenory 324). Была там комнатка с окном во двор, за оградой виднелся лес; окно кухни глядело на лесной холм. Рядом любимые деревья, наверху горы можжевельник. Увы, Маринину «халупку» сменил новострой. В цикле «Под шалью» уже оглашена была тайна: «Женщина, что́ у тебя под шалью? / – Будущее!». Сын Георгий (по-домашнему Мур), вымечтанный и обещанный, родился в воскресный полдень 1-го февраля 1925 года, «в снежный вихрь». Накануне мать и дочь добрели до Карлова Тына и обратно, а наутро срочно вызвали доктора Г.И. Альтшуллера (его отец лечил Толстого и Чехова). Крёстным стал Алексей Ремизов, обряд крещения вел о. Сергий Булгаков.

 

Подпись под фото: Сергей Эфрон и Марина Цветаева с детьми, 1925

 

Вскоре Цветаева решилась уехать во Францию, надеясь найти в Париже больше слушателей и читателей (Эфрон учился, болел; жили на небольшое эмигрантское пособие). Поезд на Париж отходил с того же Вильсонова вокзала (сегодня Praha hlavní nádraží), куда прибыла она в 1922 году из Берлина... «С щемящей нежностью вспоминаю Прагу… – писала Цветаева. – Ни один город мне так не врезался в сердце». После Мюнхенского сговора 1939 года создала «Стихи к Чехии»: «О, слезы на глазах! / Плач гнева и любви! / О, Чехия в слезах!». Чехов назвала «народом моей любви» («Народ»). Мирная жизнь в Чехии жила в ее памяти как золотой век, почти идиллия. Из 17-ти лет в эмиграции всего три года и три месяца...

 

* * *

 

Осмотреть русскую Прагу разом невозможно, но православную часть Ольшанского кладбища(Olšanské hřbitovy, Praha 3, na Žižkově, ul. Jana Želivského) с храмом Успения Богородицы миновать никак нельзя. Здесь покоятся многие наши соотечественники. Среди них: прославленный редактор «Сатирикона», «король смеха» Аркадий Аверченко (1881-1925), близкий в молодости В. Ульянову и М. Горькому Евгений Чириков (1864-1932), «невенчанный патриарх» русского слова, старший брат одного из «отцов» МХТ Василий Немирович-Данченко (1849-1936), автор текстов к романсам Чайковского и Рахманинова Даниил Ратгауз (1868-1937). Представить себе русскую Прагу 20-30-х годов без них невозможно. Чехословакия приняла их радушно, дала возможность спокойно творить, издаваться в оригинале и переводах, обрести широкую читательскую аудиторию.

Узнать обо всём этом помогут книги:

«Русские в Праге. 1918-1928»;

 Наталья Командорова «Русская Прага» и «Дом в изгнании. Очерки о русской эмиграции в Чехословакии 1918-1945»;

 а также «Прага: Русский взгляд. Век восемнадцатый – век двадцать первый»;

Галина Ванечкова «Летопись бытия и быта: Марина Цветаева в Чехии. 1922-1925».

Поможет и «Google Maps off», если заранее ввести указанные на чешском языке адреса.

 



Галина Цесарская (Ганновер)

 

Читайтетакже:

  1. Русские литераторы в Берлине в 1920-е. Журнал «Партнёр», № 7 / 2018. Автор Г. Цесарская
  2. Семеро смелых на Красной площади. Журнал «Партнёр», № 8 / 2018. Автор Н. Ухова
  3. Место встречи – злата Прага. Журнал «Партнёр», № 1 / 2014. Автор ReisebüroViktoria
 

<< Назад | №10 (253) 2018г. | Прочтено: 363 | Автор: Цесарская Г. |

Поделиться:




Комментарии (0)
  • Редакция не несет ответственности за содержание блогов и за используемые в блогах картинки и фотографии.
    Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

ПРОГУЛКИ ПО ГРАНАДЕ

Прочтено: 2465
Автор: Жердиновская М.

Старые парижские кафе...

Прочтено: 2283
Автор: Сигалов А.

Португальский инфант Энрике Мореплаватель

Прочтено: 1906
Автор: Аграновская М.

Барселона – чудо Испании

Прочтено: 1744
Автор: Слоним Т.

Антверпен - город брошенной руки

Прочтено: 1709
Автор: Ладыженский Г.

Тапас. Испанская чудо-закуска и стиль жизни

Прочтено: 1701
Автор: Аграновская М.

Выпить кофе в Берлине... Или слетать в Париж?

Прочтено: 1653
Автор: Мучник С.

Однодневки – стремительно и насыщенно!

Прочтено: 1561
Автор: Чкония Д.

Город-музей Амстердам

Прочтено: 1554
Автор: Циприс А.

Голландия – это не только Амстердам…

Прочтено: 1514
Автор: Карелин М.

Изумрудный остров рядом с Великобританией

Прочтено: 1434
Автор: Сигалов А.

Тысяча и одна ночь в испанском стиле

Прочтено: 1410
Автор: Сигалов А.

Этот неисчерпаемый Эльзас

Прочтено: 1379
Автор: Аграновская М.

Голландия – наша прекрасная соседка. Часть 2

Прочтено: 1335
Автор: Циприс А.

Библиотека Пикколомини в Сиене

Прочтено: 1248
Автор: Аграновская М.

«Ici Paris!» – Говорит Париж...

Прочтено: 1224
Автор: Сигалов А.

В зеленой Стране Басков

Прочтено: 1184
Автор: Аграновская М.