Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Общество >> Люди и судьбы
«Партнер» №4 (79) 2004г.

Вилли Брандт – великий канцлер

 

 

Событий, которые выпали на долю этого человека, с лихвой хватило бы на жизнь трех политиков: восхождение из самых низов на политический олимп, борьба, преследования, изгнание, предательство, шпионские страсти, женщины, алкоголь, политическое возрождение.

Он был способен нетривиально мыслить и облекать свои мысли в столь совершенную и законченную форму, что лучшие его фразы надолго останутся в истории. Он понял тягу немецкого народа к воссоединению, превратил воссоединение Германии в дело своей жизни и дал ему решающий импульс.

 


Детство и юность

Он родился 18 декабря 1913 г. в Любеке и был незаконнорожденным сыном учителя народной школы. Впрочем, о том, кем был его отец, он узнал намного позже. Ему дали имя Герберт и фамилию матери – Фрам. Внебрачное рождение было по тем временам позорным пятном. Мать работала продавщицей, и ей приходилось поручать ребенка на весь день соседке. Позже его взял к себе дед – Людвиг Фрам. Дед начинал как наемный работник в Мекленбурге, а позже выбился в люди, став водителем грузовика.

Нормальной семьи Герберт Фрам никогда не знал. «Мать активно участвовала в рабочем движении, - вспоминал он позже, - я жил не у нее, и мы виделись лишь раз в неделю. Поэтому у меня не могло быть нормальной привязанности, которую испытывает ребенок, когда растет рядом с матерью. Представьте себе, какую это причиняло боль: вы растете без отца, живете не с матерью, считаете отцом деда, и он играет роль отца». Юному Герберту Фраму рабочее движение заменило семью. Об этом позаботился его дед – убежденный социал-демократ, который рассказывал внуку об, увы, утопических идеях Августа Бебеля. В 14 лет одаренного ученика принимают в привилегированную гимназию «Иоганнеум». Гимназия дала ему прекрасное общее образование. Но его пролетарские корни уходят глубоко.

На праздники он демонстративно является в синей рубашке с красным галстуком – одежде рабочей молодежи. «Политика не доведет его до добра», - сокрушаются педагоги. (Ах, как ошибаются порой наши учителя! Политика не погубит, а прославит его.) Его любимые предметы – немецкий и история. Однако подлинная его жизнь уже давно проходит вне школы. В 1929 г. он присоединяется к молодежному социалистическому движению, в 1930 г. вступает в SPD. Гимназист становится свидетелем смертельной борьбы веймарской демократии с нацистами.

Улицы превращаются в арену отчаянных схваток коммунистических борцов «Рот Фронта», гитлеровских отрядов SA, социал-демократических групп. На какое-то время его кумиром становится Юлиус Лебер, главный редактор партийной газеты социал-демократов (судьба Лебера окажется трагической: после нескольких арестов и многих лет заключения в 1945 г. он будет казнен нацистами).

В 1931 г. юноша покидает SPD и вступает в социалистическую рабочую партию SAP, становится председателем молодежного союза. Он пишет статьи для ежедневной газеты «Любекский рабочий вестник». Он порывает с Юлиусом Лебером, считая, что социал-демократы недостаточно решительно борются с наци. Его новым «отцом» становится Якоб Вайхе – старый соратник Розы Люксембург и руководитель SAP. Целями SAP являются не защита Веймарской республики, а революция и единство рабочего класса. В 1932 г. Герберт сдает абитур. О партийной стипендии для учебы в университете, которую ему обещал Лебер, теперь можно забыть, и он начинает учиться на морского коммерсанта.


Эмиграция

После захвата власти Гитлером партия посылает Герберта в Норвегию. В ночь на 1 апреля 1933 г. рыбачья шхуна тайком перевозит его через Балтийское море в Данию. Пробыв недолго в Копенгагене, он переезжает в Осло. Герберту Фраму 19 лет. Он принимает подпольную кличку Вилли Брандт. Под этим именем он и станет известным миру. На удивление быстро овладев норвежским языком, он работает в норвежской рабочей партии, изучает историю, пишет статьи для партийных и профсоюзных газет. Пребывание в Норвегии помогает Брандту освободиться от догматических шор левого радикализма.

Многое впечатляет его. В стортинге (парламенте) депутаты сидят не по партиям, а по регионам, консерваторы рядом с социалистами. Политические противники вовсе не являются заклятыми врагами. Брандта поражает близость норвежской королевской семьи к народу. Как функционер партии, отвечающий за молодежь, он объездил Европу вдоль и поперек и многое повидал. В 1936 г. партия посылает его для связи с социалистической партией Испании – РUМ. РUМ борется за республику против Франко, поддерживаемого Гитлером и Муссолини. Как репортер Брандт рассказывает в норвежских газетах о героизме испанских милисианос, подчас сражающихся с охотничьими ружьями против танков франкистов.

Но в Барселоне он становится также свидетелем сталинистского террора: коммунистические спецслужбы арестовывают руководителей свободных анархистов и бойцов РUМ, объявляют их троцкистами и расстреливают. Этот горький опыт становится решающим для поворота Брандта к демократическому социализму.

В 1936 г. партия посылает его нелегально в Берлин для организации сопротивления нацистам. Полгода работает он в Берлине, ежедневно рискуя быть арестованным, а затем возвращается в Норвегию. В начале 1940 г. немецкие войска захватывают эту страну. Чтобы не угодить в лапы гестапо, Брандт выдает себя за норвежского солдата.

Он попадает в немецкий плен, но нацисты не опознают в нем немца. В июне 1940 г. его отпускают и он бежит в Швецию. В 1940 г. Брандт женится на норвежке, ее зовут Карлотта, через год ей удается приехать с их дочерью Ниньей в Стокгольм. Карлотта на 9 лет старше его, она – интеллектуалка, и он многим ей обязан.

Но их семейное счастье недолго. Через 3 года они расстаются, сохранив, однако, на всю жизнь добрые отношения. «Я была рада иметь родителей, которые были очень лояльны друг к другу, - вспоминает дочь Нинья. – Я не чувствовала себя оставленной ни одним из них». Причина развода – Рут Хансен, красивая девушка из рабочей норвежской семьи. «Мы часто встречались с ним в разных компаниях.

Это началось в 1944 г. Он выглядел очень хорошо, это был настоящий мужчина, да», - рассказывает она, смеясь. В Швеции Брандт создает пресс-бюро, распространяющее новости, которые приходят из норвежского подполья. Нейтральная Швеция – своего рода тыл для норвежского сопротивления. Стокгольм – идеальная биржа новостей для спецслужб всех участников войны. Брандт поддерживает тесные связи со спецслужбами союзников. Он давно расстался с радикальными взглядами своего прежнего кумира Вайхе, шведская демократия окончательно превратила его из революционера в социал-демократа.


Возвращение

После капитуляции Германии немец с норвежским гражданством Брандт отклоняет предложение стать бургомистром Любека – у него нет желания превратиться в провинциального функционера. Брандт избирает «средний» путь, который связывает Германию и Норвегию. Он отправляется в Берлин, в норвежскую военную миссию в качестве пресс-атташе – гражданского чиновника в ранге майора.

Его задача – информировать правительство в Осло о происходящем в Германии. Рут становится секретаршей в норвежской миссии. Настает 1948 г. – время советской блокады Берлина и союзного «воздушного моста». Брандт стремится участвовать в восстановлении страны, он возвращает себе немецкое гражданство и становится в союзном контрольном совете своего рода послом SPD, возглавляемой Куртом Шумахером. В Берлине его восхищает, прежде всего, правящий бургомистр Эрнст Ройтер. Биография Ройтера поразительна, об этом человеке следует рассказать отдельно.

Под влиянием Ройтера Брандт еще больше смещается вправо. У них много общего: оба как эмигранты могли видеть Германию со стороны, оба понимали жизненную необходимость союза с США, с Западом. В 1953 г. Ройтер умирает, а Брандт становится как бы его преемником в SPD. В 1956 г., когда в Западном Берлине возникают массовые демонстрации протеста против ввода советских войск в Будапешт и некоторые горячие головы призывают народ идти на штурм Бранденбургских ворот, наступает час Вилли Брандта: только он смог спасти положение.

Экс-канцлер Гельмут Шмидт вспоминает сегодня: «Возникла ситуация, когда кто-то должен был остановить эту огромную, возмущенную, негодующую массу людей, готовую совершить глупости, которые могли вызвать непоправимые последствия. Брандт сделал это, и я был восхищен им». В 1957 г. Брандт становится правящим бургомистром Западного Берлина. «В то время … он являлся для нас, - признается сегодня шеф спецслужбы ГДР Маркус Вольф, - одним из опаснейших противников в «холодной войне», причем в таком привлекавшем особое внимание месте, как Берлин, и мы делали всё возможное, чтобы ослабить его политическое влияние».

Два человека способствовали восхождению Брандта, его мировой известности. Первый – газетный магнат Аксель Шпрингер, видевший в Брандте новый тип социал-демократа, свободного от свойственной многим функционерам затхлости мышления. Бранд и Шпрингер считают, что Аденауэр не делает ничего для воссоединения Германии. Второй человек, помогший Брандту, – это, как ни странно, Никита Хрущев. Его ультиматум Западному Берлину, его угрозы заставить Запад вывести войска из Западного Берлина буквально катапультируют Брандта на вершину мировой политики. Требования Хрущева вызвали взрыв гнева берлинцев.

«Мы знаем, день придет, - выступая перед гигантской демонстрацией из 700 000 жителей города, говорит Брандт, - когда Бранденбургские ворота не будут больше стоять на границе. Когда линия границы, проходящая через наши семьи, разрывающая наш народ, не будет больше раскалывать Берлин. Этот день придет. Мы молимся, мы призываем, мы требуем: Откройте ворота! Положите конец противоестественному разделению!» Брандта приглашают в Нью-Йорк, где пресса уже окрестила его «мистер Берлин», и жители Нью-Йорка, стоя перед ратушей под проливным дождем, оказывают ему восторженный прием, которого удостаиваются только самые высокие гости.

Это – «заслуга» Хрущева, ведь они приветствуют в лице Брандта защитника осажденного форпоста свободы. Брандт, однако, опасается, что администрация Эйзенхауера, стремясь сохранить мир, готова пойти на слишком большие уступки СССР в Берлинском вопросе. 13 августа 1961 г. ГДР начинает возводить стену в Берлине. С отчаянием Брандт видит, как растет стена. Запад не реагирует, будто ничего не происходит. Пройдет 20 часов прежде, чем на границе появятся первые джипы, 70 часов, пока в Москве будут вручены первые протесты.

Берлин брошен Западом и Аденауэром без помощи, Брандту остаются лишь слова, но они ясны и энергичны: «Берлинцы! СССР осуществил свой замысел. То, что случилось – это покушение на мораль немецкого народа». Он плачет в бессильном гневе и обращается с письмом к Кеннеди. С точки зрения норм дипломатии это был некорректный поступок, но он соответствовал тому настроению и тем страхам, которые царили в Западном Берлине.

Руководитель города, презрев все дипломатические приличия, бросает упрек всесильному президенту могущественной державы: «Берлин нуждается в большем, нежели слова. Берлин ожидает политических действий». Первая реакция президента Кеннеди – досада. Но затем он посылает в Западный Берлин вице-президента и направляет боевую группировку. В октябре на пропускном пункте «Чарли» танки СССР и США стоят, угрожающе наведя орудия друг на друга, и кажется, что война уже на пороге. Кеннеди решает сам приехать в город.

Берлин оказывает ему прием, который и поныне остается высшей точкой американо-немецкой дружбы. Никогда после немцы так бурно не приветствовали президента США. Вместе с Вилли Брандтом и своими генералами Кеннеди посещает стену. Он признается, что не представлял себе, как безжалостно разрезает стена тело города. Поэтому его слова на митинге звучат резче, чем запланировано, в том числе знаменитое: «Я с гордостью говорю: я – берлинец!».

Тем временем Брандт решает: если уж нельзя разрушить стену, то нужно хотя бы сделать ее «прозрачной» и обеспечить возможность встреч с родственниками. Пусть даже только с Запада на Восток. Для этого необходимы контакты с руководителями на Востоке, но Брандт их не страшится. В декабре 1963 г. договоренность, наконец, достигнута, и жители Западного Берлина могут посещать родственников в Восточном Берлине. «Договорившись о пропусках, - подводит итог Брандт, - мы осуществили всё, что можно было сделать для Берлина. То, чего предстоит добиться теперь, можно сделать только из Бонна». И в 1961 г. он вступает в борьбу за пост канцлера.

 


Путь в канцлеры

Команда Брандта стремится представить его избирателям как «немецкого Кеннеди». Молодой, полный сил и оптимизма кандидат противостоит дряхлеющему Конраду Аденауэру. Противники усиленно распространяют слухи о пьянстве и бесчисленных связях Брандта с женщинами. В ответ команда Брандта создает фильм, показывая его жену, очаровательную норвежку Рут и трех их сыновей – Петера, Ларса и Маттиаса. «Посмотрите, - как бы говорит фильм, - разве я не веду образцовую семейную жизнь?» Еще большую привлекательность ему должно придать хобби.

Сын вспоминает: «Для моего отца изобрели хобби, якобы, он ловит рыбу». Однако выборы 1961 г. выиграть не удалось. Противники Брандта намекают на то, что он – внебрачный ребенок, его упрекают и в том, что он сменил имя, нашептывают, что в эмиграции он стрелял в немецких солдат. Это, конечно, ложь, но создает у многих мнение: эмигрант не может быть «хорошим немцем». Итог – выборы 1965 г. снова проиграны. Брандт разочарован и говорит, что больше никогда не будет баллотироваться: в этой стране эмигрант не может стать канцлером (к счастью, он не выполнил этого своего обещания).

Зимой 1965 г. он погружается в глубочайшую депрессию, которая становится еще безнадежнее оттого, что он ищет утешение в вине. На фотографиях того периода у него одутловатое, отекшее лицо, отсутствующий взгляд. Сердечный приступ приводит его в больницу.

Но политик никогда не должен говорить «никогда». Спустя лишь 15 месяцев после поражения на выборах Брандт снова возвращается на Боннскую политическую сцену. Возникает «большая коалиция» под руководством канцлера Кизингера. Министрами становятся Йозеф Штраус, на чьей репутации немало пятен, и Герберт Венер – экс-коммунист, которого его противники считают исчадием ада. Канцлер Курт-

Георг Кизингер, бывший национал-социалист, работает вместе с Вилли Брандтом – антифашистом и бывшим левым социалистом. Этот своего рода брак по расчету приносит, тем не менее, важные реформы. Кизингер и Брандт едины в том, что внешняя политика ФРГ должна соответствовать существующим реалиям – необходимо установить дипломатические отношения со странами восточного блока. Брандту ясно: кто не хочет вести переговоры с ГДР, не продвинется и в отношениях с Варшавой и

Прагой. Кизингер, однако, избегает даже называть ГДР по имени. «После вхождения Брандта в правительство в 1966 г. в качестве министра иностранных дел, нам кое-что стало ясным, - продолжает раскрывать секреты бывший шеф разведки ГДР Маркус Вольф. – По тайным каналам нам становились известными, например, выступления Брандта на совещаниях послов ФРГ, которыми он как министр руководил.

Стало ясно, что Брандт изменился – это уже не прежний воинственный правящий бургомистр Западного Берлина, которого я когда-то держал «на прицеле», а зрелый политик, его намерения нужно тщательно изучать и анализировать». В избирательную борьбу 1969 г. Брандт вступает с совершенно иной концепцией, чем у Кизингера. Он намерен отказаться от устаревших табу во внешней политике ФРГ.

Он заявляет: «Наши предложения: прекращение конфронтации, взаимный отказ от применения силы, нормализация отношений, мирное сосуществование двух немецких государств, облегчение обменов, развитие совместной деловой активности. Мой призыв ко всем избирателям, прежде всего, к избирательницам (Вилли Брандт всегда умел тронуть женское сердце) - поддержать SPD, потому что это хорошо для Германии».

Выборы выиграны, пусть и не очень убедительно, перевес всего в 6 мандатов и то, лишь благодаря союзу с Либеральной партией, возглавляемой Вальтером Шеелем. 20-летнее правление христианских демократов закончилось. В этот момент Брандт произносит одну из своих блестящих фраз: «Если такой человек, как я, человек с моей биографией, смог стать канцлером ФРГ, то это означает, что только теперь Гитлер окончательно проиграл войну».


Великий канцлер

В правительственном заявлении Брандт, не отказываясь от внутренних реформ, делает акцент на восточной политике. Одна из первых задач – покончить с непризнанием ГДР. «Брандт дал нам ясно понять, - рассказывал позднее бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, - что воссоединение Германии имеет для него высший приоритет».

19 марта 1970 г. в Эрфурте происходит историческое событие – встреча канцлера ФРГ Вилли Брандта и премьер-министра ГДР Вилли Штофа, Вилли-Вест и Вилли-Ост, как их назвали журналисты. Первоначально предполагалось встретиться в Восточном Берлине, но тогда поезд неизбежно должен был проследовать через Западный Берлин, что и для ГДР, и для СССР было идеологически неприемлемо.

Одна из целей – исключить возможность встречи Вилли Брандта с жителями ГДР, избежать стихийных приветствий.

В этом смысле Эрфурт идеален: он очень близок к границе, а расстояние от вокзала до отеля менее 100 метров. В 4.42 утра особый поезд под присвоенным ему властями ГДР тайным названием «Вера» пересекает демаркационную линию. В поезде – Вилли Брандт, первый канцлер ФРГ, пересекающий границу ГДР. Все дороги и улицы, ведущие к железной дороге, наглухо закрыты.

Спецслужбы охраняют трассу строже, чем при транспортировке атомного оружия. Это делается для того, чтобы жители не могли приветствовать его. Вокруг вокзала еще за несколько дней начала работать секретная группа. Проверяется всё. Вокзал уже спозаранку закрыт для пассажиров. Все жители – далеко за оцеплением. На площади смонтированы высокие трибуны. Вроде бы – для прессы, но у них есть и другое назначение – окончательно отгородить Вилли-Веста от тех, кто за оцеплением.

Гигантский аппарат должен предотвратить изъявление симпатий к Вилли-Весту. После встречи Вилли-Ост и Вилли-Вест выходят вместе на привокзальную площадь. И тут происходит то, чего власти ГДР боялись, как черт ладана. Толпа прорывает оцепление и сминает полицию. На секунду кажется, что толпа собирается штурмовать отель «Эрфуртер Хоф». Но люди только скандируют: «Вилли Брандт – к окну!». Бранд открывает окно комнаты № 222 и долго стоит перед ним. После его ухода люди остаются на площади еще час, потом их оттесняют. В отеле начинаются переговоры.

Вилли-Ост – сама любезность, но он-то уже точно знает, что настоящих переговоров не будет. За 48 часов до встречи Политбюро СЕПГ подписало секретную директиву для Штофа. Он должен отклонять всё, что предложит Брандт: отказ от применения силы, создание совместных комиссий и рабочих групп, возможность поездок на Восток и на Запад, соблюдение прав человека, и вместе с тем, требовать признания ГДР, хотя всем понятно, что это пока невозможно. Обе стороны разочарованы: Запад – закостенелостью политики ГДР, а власти ГДР – тем, что поставив всё на одну карту, не смогли ее разыграть. Однако с этого момента началось сближение, потребовавшее еще многих лет. В 1990 г. Вилли-Вест вновь посетил Эрфурт.

Площадь перед вокзалом носит теперь его имя. Вилли-Ост фактически забыт.


Восточная политика

Президент США Ричард Никсон подчеркнуто вежлив с Вилли Брандтом. В душе он испытывает глубокое недоверие к этому бывшему левому социалисту, но не возражает против его восточной политики. «Несмотря на все оговорки, я думаю, что отношения между ФРГ и США никогда не были лучше, чем в эру Брандта, - говорит сейчас Генри Киссинджер. – Без поддержки США восточная политика ФРГ не была бы успешной». Ключ к решению «немецкого вопроса», однако, по-прежнему находится в руках Москвы.

Поэтому Брандт подписывает в Екатерининском зале Кремля договор, символизирующий прорыв в отношениях СССР и ФРГ. Обе стороны отказываются от применения силы. СССР празднует как важную победу, что Брандт своей подписью признает послевоенные границы: между ГДР и Польшей и между ГДР и ФРГ. Но в этом и состояла стратегия Брандта: он признает статус-кво внутри Германии, чтобы в лучшие времена его изменить. Впервые немецкий канцлер обращается к своему народу из Москвы: «Дорогие сограждане!

С подписанием этого договора мы не теряем ничего, кроме того, что уже давным-давно было проиграно. Мы имеем мужество открыть новую страницу истории, прежде всего, для блага нашего молодого поколения, которое выросло в мире и не несет ответственности за прошлое. Но оно тоже должно разделять последствия войны, потому что никто не может избежать судьбы своего народа».

Во время посещения Варшавы Брандт совершает поступок, которому суждено навсегда остаться в истории: он становится на колени перед памятником жертвам Варшавского гетто. Перед памятником погибшим евреям Брандт признает историческую вину немцев. Он становится на колени от имени своего народа. «Я сделал то, что делают люди, чтобы выразить то, что невозможно высказать словами», - напишет он впоследствии.

Известнейший немецкий писатель Гюнтер Грасс считает: «Он сознательно в Польше встал на колени (что у многих поляков не нашло понимания) не перед польским национальным памятником, а там, где было гетто, и откуда евреев увозили на смерть в Треблинку и Освенцим. Форма, в которой он это сделал, была, конечно, спонтанной, но я уверен, что в нем росло сознание того, что здесь должно свершиться что-то знаковое».

Проводимая Брандтом политика примирения получает международное признание. В 1971 г. норвежский парламент присуждает ему Нобелевскую премию мира. Вместе с тем, для многих немцев он по-прежнему – «предатель отечества», его снова упрекают в том, что он эмигрировал. Они не могли примириться с тем, что человек, находившийся по другую сторону фронта, стал главой ФРГ. Однако даже тем, кто его инстинктивно не принимал, пришлось признать, что он избавил их от страха перед русскими.

Сейчас это трудно представить, но многие годы после войны немцы (не без основания) жили в страхе: что если русские вернутся, если они решат отомстить, если однажды они придут на Рейн? Политика Брандта, освободившая их от этого страха, делает дальнейшие успехи: СССР дает гарантии пассажирского сообщения между ФРГ и Западным Берлином. Граница, несмотря на стену и колючую проволоку, становится «прозрачней». С тысячами западных немцев в до сих пор герметично закупоренный социалистический мир проникают западные товары и идеи.


Кому быть канцлером – решал Кремль

Противники восточной политики канцлера, однако, не унимаются, они кричат о «распродаже немецких интересов», один из их лозунгов: «Брандта – на виселицу!» Когда еще два депутата покидают правящую коалицию, ХДС планирует свержение канцлера. Была внесена резолюция: «Бундестаг решает высказать недоверие канцлеру Вилли Брандту и избирает канцлером д-ра Райнера Барцеля».

У ХДС не было никакого сомнения в успехе. Вотум недоверия – законное парламентское средство, но он взволновал население: допустимо ли смещать законно избранного канцлера таким, не совсем чистым способом? Вряд ли когда-либо еще вся нация, как завороженная, с таким напряжением следила за происходившим в бундестаге. Когда объявили результат голосования, то даже сам Брандт оцепенел от удивления – его правительство выжило.

Депутаты ХДС не скрывают разочарования и недоверия – им-то казалось, что перевес в голосах гарантирует им успех. Разгадка проста: по меньшей мере два депутата от ХДС голосовали за Брандта. Объяснение стало известно сравнительно недавно. Бывший шеф одной из спецслужб ГДР Маркус Вольф время от времени небольшими порциями (опытный разведчик!) выдает кое-какие старые секреты. Дело в том, что Кремль считал Брандта – антифашиста и разумного политика – более удобным партнером для переговоров, чем готового сменить его представителя консерваторов. Москва попросила руководство ГДР использовать политические средства, а также возможности спецслужб, чтобы сохранить Вилли Бранда на посту канцлера.

«Тогда я, - признается сегодня Маркус Вольф, - обратился к одному из «заднескамеечников» ХДС, депутату Штайнеру из Баден-Вюртемберга, который и раньше сотрудничал с нами. Он согласился за соответствующее вознаграждение отдать свой голос не за кандидата ХДС, а за Брандта». Маркус Вольф, понятно, хитрит, называя только беднягу Штайнера, с которого теперь взятки гладки, поскольку он уже ушел в лучший мир. Второго подкупленного депутата Маркусу Вольфу выдавать пока нет расчета – он еще жив. Следующие выборы превратились, фактически, в плебисцит о политике Брандта.

Он всегда являлся центром притяжения для художественной элиты, но на этот раз вокруг него сплотилось больше писателей и актеров, чем когда-либо. «Политика Вилли Брандта, - вспоминает Гюнтер Грасс, - получила одобрение также консервативно настроенных слоев. Они поддержали его не за социальную политику SPD, а за восточную политику, которая их привлекла». С их помощью он и добивается успеха. Его победа превращается в триумф: 45,8% голосов – лучший результат, которого SPD когда-либо добивалась! Поскольку и Либеральная партия увеличивает свое представительство, то коалиция получает солидное большинство и может уверенно смотреть в будущее.


Закат

За триумфом следует, однако, постепенный закат канцлера. От природы склонный к меланхолии и сомнениям в себе, он погружается в глубокую депрессию. Три года драматических схваток вокруг восточной политики и предвыборная борьба физически и психологически опустошили его. Он заболевает. Ему – заядлому курильщику – врачи запрещают курение, это мучает его. Немногие взлеты после этого – поездки за границу. Он – первый канцлер ФРГ, посетивший Израиль. Этот визит был непростым для Брандта, ему потребовалось все его мужество. Впервые гимн страны, совершившей преступления, звучит в стране жертв. И как когда-то в Варшаве, Вилли Брандт делает жест, который взволнует всю страну.

Он приходит в Яд Вашем даже не в кипе, а в шляпе, какую обычно носят набожные евреи, он раскрывает книгу псалмов и читает вслух по-немецки из 103-го псалма: «… Мы совершили грехи и преступления. Боже милосердный, прости нас…» Брандт покорил сердца многих израильтян. Дома, однако, его ждут теперь одни неприятности. На него нападают профсоюзы. Разражается нефтяной кризис.

Внутренняя политика нуждается в сильном канцлере. Он не проявляет достаточной решительности. Товарищи по партии, в первую очередь Герберт Венер, резко критикуют его. Снова алкоголь, снова женщины. Последней каплей становится шпион Гюнтер Гийом. В 1956 г. спецслужбы ГДР засылают его в ФРГ.

Его кличка – «Топаз». Это так называемый «спящий агент» - ему дают время на то, чтобы спокойно вжиться и сделать карьеру. Он делает карьеру на редкость удачно и становится одним из референтов Брандта. С мая 1973 г. Гийом находится под подозрением, но у контрразведки ФРГ еще недостаточно доказательств. Контрразведка решает использовать канцлера как «подсадную утку»: она информирует его, но просит ничего не менять. Брандт соглашается. Спустя некоторое время контрразведчики приходят к Гийому. Они пока еще не собираются его арестовывать, у них на руках всего лишь ордер на обыск, но потерявший самообладание

Гийом внезапно произносит: «Я – гражданин ГДР и офицер». Его, естественно, арестовывают. Разражается громкий скандал, умышленно раздуваемый противниками канцлера. Брандт принимает вину на себя. Позже он скажет: «Я ушел в отставку из уважения к неписаным правилам демократии… Я остаюсь председателем своей партии и буду неизменно проводить политику, которая служит людям и миру».

Скандал разражается и в ГДР. «Это был гол в собственные ворота и самое большое поражение, - сокрушается и поныне Маркус Вольф, человек, который, собственно, и заслал Гийома в ФРГ. – Конечно, до разоблачения Гийома мы считали его работу нашим большим успехом, но 6 мая 1974 г., когда Брандт ушел в отставку, я расценил это как величайшее поражение».


Возрождение

После тяжелой сердечной болезни Брандт уходит от Рут к своей референтке Бригитте Зеебахер. Ему 61 год, ей 28, они вместе появляются в обществе – он выглядит похудевшим и заметно помолодевшим, лучше одет. Они покупают участок земли на юге Франции – старый крестьянский дом, укрывшийся в лесу. Здесь ему не досаждают туристы, он может спокойно проводить отпуск.

Через два года после своей отставки с поста канцлера Брандт триумфально возвращается на мировую политическую сцену: он возглавляет Социнтерн – объединение социалистических партий всего мира. После «революции гвоздик», свергшей диктаторский режим Салазара в Португалии, возникла опасность выхода страны из НАТО и перехода ее в коммунистический лагерь. Генри Киссинджер уже было списал ее для НАТО. Авторитет Вилли Брандта, активно поддерживавшего социалистическую партию Марио Суареша, его финансовая и организационная помощь способствовали сохранению демократии в Португалии.

После смерти генерала Франко Вилли Брандт поддержал социалистическую партию Гонсалеса в Испании. Фотография, на которой Вилли Брандт обнимает Гонсалеса, под названием «объятия Европы», обошла всю мировую прессу.

Летом 1992 г. рак приводит Брандта на больничную койку. Гельмут Коль приходит навестить его. Брандт уже совсем плох, он с трудом может стоять на ногах. Но он всё же одевается и встречает Коля стоя. - Зачем же Вы встали? - участливо спрашивает Коль. В ответ Брандт произносит, видимо, последнюю из своих знаменитых фраз: «Я не могу позволить себе лежать в постели в присутствии моего канцлера».

Юрий Борухсон (Бохум)

Читайте также:

  1. Кризис социал-демократической партии Германии. Журнал «Партнер», № 7 / 2016. Автор И.  Листов
  2. Канцлер – вне подозрений? Журнал «Партнер», № 6 / 2010. Автор А. Карин
  3. Социал-демократическая партия Германии. Журнал «Партнер», № 3 / 2004. Автор И. Листов



<< Назад | №4 (79) 2004г. | Прочтено: 3988 | Автор: Борухсон Ю. |

Поделиться:




Комментарии (0)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

Вилли Брандт – великий канцлер

Прочтено: 3988
Автор: Борухсон Ю.

КАК Я ИСКАЛА СВОИ НЕМЕЦКИЕ КОРНИ

Прочтено: 1402
Автор: Соколова Н.

Стив Джобс. Человек, который изменил мир

Прочтено: 1330
Автор: Калихман Г.

Этюд о «временах года» человеческой жизни

Прочтено: 1152
Автор: Калихман Г.

ЛЮДМИЛА МЕЛА. ОТКРОВЕННО О СЕБЕ

Прочтено: 1134
Автор: Мела Л.

Путь Гордона

Прочтено: 1061
Автор: Мучник С.

Люди, отмеченные Богом

Прочтено: 1035
Автор: Ионкис Г.

Unbesungene Helden – «Невоспетые герои»

Прочтено: 969
Автор: Парасюк И.

Человек, который умеет удивляться

Прочтено: 880
Автор: Фельде С.

Ральф Джордано. Штрихи к портрету

Прочтено: 875
Автор: Либерман Б.

Добро ходит по кругу!

Прочтено: 836
Автор: Скутте Г.

«Сашин дом» или Александр Панков, архитектор и человек

Прочтено: 811
Автор: Редакция журнала

Рукописи не горят

Прочтено: 809
Автор: Штайман Д.

ЭМИГРАНТСКИЕ СТАНСЫ

Прочтено: 780
Автор: Фельде С.

ИОАНН ПАВЕЛ II – ПАПА, КАКИХ ЕЩЕ НЕ БЫЛО

Прочтено: 771
Автор: Борухсон Ю.

Человек особой выплавки

Прочтено: 768
Автор: Беленькая М.

БЕРТОЛЬД БАЙТЦ: ПОСЛЕДНИЙ РЫЦАРЬ

Прочтено: 766
Автор: Борухсон Ю.

Скрещение судеб

Прочтено: 747
Автор: Ионкис Г.