Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Культура >> Литература
«Партнер» №4 (199) 2014г.

Вечная загадка Уильяма Шекспира

Грета Ионкис (Кёльн)

 

Шекспировский юбилей – 450 лет! – нельзя сказать, чтобы подкрался незаметно. 2014-й не случайно объявлен годом перекрестных культур: Англии в России, России – в Англии. Ясно, Шекспиру быть гвоздем программы. Я-то помню празднование 400-летия Шекспира. Оно было отмечено выходом книги «Шекспир» в серии ЖЗЛ блистательного Александра Аникста. В кинотеатры ломились на фильм Григория Козинцева «Гамлет» с гениальным Иннокентием Смоктуновским и музыкой Шостаковича, от которой мурашки по коже. В Москву прибыл Лондонский королевский Шекспировский театр со спектаклем легендарного Питера Брука «Король Лир» с прославленным Полом Скофилдом в главной роли. Мне, аспирантке, чудом достался билет. А вот «шекспировский вопрос» у нас тогда не обсуждался.

 

Вхождение Шекспира в мировую культуру

Европа открыла Шекспира в ХVIII веке. В 30-е годы его узнает и делает известным Вольтер, пораженный как его гением, так и «неправильностью» (на взгляд классициста!). В начале 70-х годов в Германии молодые Гердер и Гёте открывают его для себя и последующей романтической эпохи, привлеченные универсальностью его таланта и всемирностью его образов, в этом качестве превосходящих не только театр классицизма, но и театр античности.

 

Во времена Гёте вопрос об авторстве Шекспира еще не возник, волновала другая загадка: как и почему его комедии и особенно трагедии, «пройдя веков завистливую даль», продолжают волновать, т.е. остаются современными? Вот ведь и Козинцев, снявший «Гамлета» и «Короля Лира», назвал свою книгу «Наш современник Вильям Шекспир»! Сам Шекспир в самой «театральной» трагедии «Гамлет» останавливается, казалось, в недоумении перед загадочностью искусства актерской игры: «Что он Гекубе? Что ему Гекуба? А он рыдает». Решая эту великую загадку Шекспира, Гёте указывает на общечеловеческий характер его искусства, на его «всемирную отзывчивость» как на залог его бессмертия. Не случайно статью о нем он назвал «Шекспир, и несть ему конца».

 

Шекспир входит в европейскую культуру, воплощая идею «универсального гения», делая возможным новый взгляд на историю, которая в его пьесах предстает как общечеловеческая, всемирная. На путях «вольного и широкого» следования Шекспиру Пушкин создал своего «Бориса Годунова».

 

Всеобщее прозвучало в творчестве Шекспира столь убедительно, поскольку явилось результатом и следствием развития особенного, а именно – отдельной личности и отдельной национальной культуры, конкретнее – английского Возрождения, завершителем которого он явился. Это была «елизаветинская эпоха». При королеве Елизавете Англия выдвинулась в число великих европейских держав, стала владычицей морей. Дух ее величия отразился в пьесах Шекспира, ставших достоянием человечества.

 

О несоответствиях шекспировского творчества и биографии

Желание как можно больше узнать о личности Шекспира, чтобы лучше понять его творчество, овладело исследователями с развитием филологии. Кроме общего впечатления глубокой духовности и человечности, высоко поднятых над кипением мирских страстей, в драматических и поэтических произведениях Шекспира они ощущали биение мысли, ошеломляющей своей философской глубиной и изощренностью. Поражало несравненное богатство языка ( в его словаре насчитали 20 000 слов, у Гюго, жившего в Х1Х веке, – 9 000), Шекспир владел французским, латинским, итальянским языками, мог читать на греческом. Следы классического образования: превосходное знание греко-римской мифологии, античной литературы, истории, Священного Писания – свидетельствовали о просвещенности автора. Потрясала энциклопедическая эрудиция: чрезвычайно широкий круг английского чтения и познания в истории, юриспруденции, риторике, музыке, военном деле. Удивляло доскональное знание многих городов Северной Италии, с которыми сын туманного Альбиона был явно знаком не понаслышке. Наконец, отличное знание придворного этикета, обычаев высокородной знати и монархов, их игр и развлечений выдавало лицо титулованное.

Предположительно Уильям учился в местной грамматической школе, но ведь списки учеников не сохранились. Если верить Питеру Акройду, автору одной из последних биографий Шекспира, уровень этой сельской школы соответствует чуть ли ни Итону. Акройд уверен: «Без сомнения, Шекспир жадно читал книги». Однако обнаруженное завещание Шакспера, в котором дотошно перечислено всё имущество, свидетельствует о том, что книги в доме не водились, а общественных библиотек в ту пору не существовало. Уверенность Акройда, как и многих авторов биографий, основана на впечатлении от шекспировских произведений. Они бестрепетно проецируют их на его биографию.

 

Подросток, очевидно, помогал отцу, но достоверных сведений о его занятиях в юности нет. Но парень был не промах: в 1682 году он вынужден был жениться на Анне Хетеуэй, ждавшей от него ребенка. Через три года он, уже глава большого семейства, отправился в Лондон на заработки, правда, то и дело навещал родной городок.

 

В результате тщательнейших разысканий установлены биографические факты: Уильям Шакспер давал деньги в рост, сутяжничал и судился с соседями, скрывался от уплаты налогов, спекулировал землей и домами, был пайщиком лондонского театра «Глобус», изредка выступал актером на вторых ролях. Сохранившееся завещание на трех листах говорит о властном нраве, практичности и мелочности завещателя, все члены семьи которого были неграмотны. В приходской книге 25.04.1616 сделана запись о погребении Уилла Шакспера, джентльмена (WillShakspere, gent.) Спустя 200 лет возникли подозрения, что Шакспер, не имеющий никакого отношения к Новому знанию и гуманистической культуре, не был ни поэтом, ни драматургом, стало быть, не мог создать произведений, автор которых укрылся за псевдонимом, близком по звучанию к его фамилии – Шекспир (Shake-Speares), что в переводе означает Потрясающий Копьем. Сомнения росли по мере накопления фактов.

 

Споры вокруг авторства Шекспира

Первым усомнился в истинности шекспировских биографий, в центре которых находился человек из Стратфорда, знаменитый поэт-романтик Колридж, для которого Шекспир был более чем полубогом. В ХIХ веке сомнения в том, что Шакспер был Великим Бардом, высказывали уже многие, среди них – Диккенс, Дизраэли, Марк Твен, Уитмен и даже Бисмарк. Но кто всё это написал и почему он скрылся за маской?

В 1856 году американская писательница Дэлия Бэкон опубликовала работу, где доказывала, что пьесы – плод коллективного творчества, но главную роль она отвела своему однофамильцу, великому философу Фрэнсису Бэкону. Ее гипотеза основывалась на огромной эрудиции Бэкона и близости многих его идей шекспировскому мировоззрению. К тому же он писал пьесы. Причину тайны авторства она видела в политической конспирации. Репутация пишущего для общедоступных театров закрывала путь к политической карьере, а ведь при Якове I Бэкон стал лорд-канцлером!

 

Другой американец предположил, что автором пьес был известный драматург Кристофер Марло. Но ведь он был убит в 1593 году! Да нет, он не умер, а скрывался от недругов и продолжал якобы писать пьесы не под своим именем. Осталось найти тому подтверждение. Такового не нашлось.

 

К началу ХХ столетия ожесточенный и порядком запутанный спор «стратфордианцев» и «нестратфордианцев» (ортодоксов и еретиков) вовлек в свою орбиту тысячи умов во всех концах света. Список претендентов на «вакантное место» Шекспира рос и менялся. Туда попала даже королева Елизавета, ее фаворит граф Эссекс, казненный по ее приказу, лорд Берли, Уолтер Рэли, граф Саутгемптон, граф Оксфорд, граф Пембрук....

 

Знаменитый писатель Генри Джеймс, измученный попытками проникнуть в «шекспировскую тайну», не удовлетворенный ни бэконовской гипотезой (философ не обладал поэтическим даром), ни тем более стратфордским евангелием, писал после посещения Стратфорда: «Меня неотступно преследует мысль, что божественный Уильям является величайшим мистификатором, когда-либо существовавшим в этом мире».

 

Завеса тайны приоткрылась

В 1893 году американцем Цейглером впервые было названо имя Роджера Мэннерса, 5-го графа Рэтленда из рода Плантагенетов, как человека, скрывавшегося за псевдонимом-маской «Потрясающий копьем» (Shake-Speares). Адвокат обратил внимание на то, что эта странная фигура всегда оказывалась там, где мог быть Великий Бард, но при этом оставалась в тени. Родство и дружба с Эссексом и Саутгемптоном, активное участие в неудачном мятеже Эссекса и строгое наказание, понесенное за это, а до того – учеба в Кембридже (1587-95), Падуанском университете в Италии и Оксфорде, где в 1598 году он получил степень магистра искусств, туманные намеки Бена Джонсона, хорошо его знавшего, смерть в 1612 году, тогда и прекратилось шекспировское творчество (а Шакспер при этом продолжал здравствовать) – все эти факты привели его к мысли, что Рэтленд и есть Шекспир.

 

А тут еще бельгийский историк Демблон обнаружил в архиве Падуанского университета список студентов за 1596 год, где вместе с графом Рэтлендом значились студенты из Дании Гильденстерн и Розенкранц. Помилуйте, но это же персонажи из «Гамлета»! И понеслось...

 

Рэтлендианская гипотеза нашла продолжателей в Германии и Англии. Да и русские исследователи внесли свой вклад. Профессор-эмигрант Пороховщиков, исследуя найденный в Бельвуаре, родовом замке Рэтлендов, рукописный вариант песни из «Двенадцатой ночи», определил, что он написан рукой Роджера Мэннерса. В 1924 году вышла книга Ф. Шипулинского «Шекспир – маска Рэтленда». Красный нарком просвещения Луначарский поддержал рэтлендианскую гипотезу. Предвидя «недовольство» открывшимся аристократическим происхождением Шекспира, он писал: «Нам было бы приятнее, может быть, чтобы этот величайший в мире писатель был не из аристократии, а из низов... Но приходится признать, что Шекспир и Рэтленд, по-видимому, одно и то же лицо». Однако в 30-е годы ХХ века позиции Луначарского ослабли, сработало идеологическое табу, и дискуссии по «шекспировскому вопросу» в СССР прекратились, как впрочем и все остальные.

 

Так кто же «написал Шекспира»?

Для моего поколения шекспирологом № 1 был А.А.Аникст. Автор учебника «История английской литературы» (1954) и прекрасных книг «Творчество Шекспира» (1963), «Шекспир» (1964), «Шекспир. Ремесло драматурга» (1974), он долгие годы возглавлял Шекспировскую комиссию АН СССР. Шекспировские конференции в Институте искусствознания, где он заведовал кафедрой, стали традицией. Приглашения на них я получала от Ильи Гилилова, ученого секретаря Шекспировской комиссии, можно сказать, правой руки Учителя.

 

Аникст проблемой авторства не интересовался, но был «стратфордианцем», что не помешало его ученику вести под его крылом длительные исследования литературных и исторических фактов, связанных с феноменом Шекспира, и вступить в научный спор с Учителем.

 

Результатом его многолетнего труда, включая работу с бесценными раритетами в Шекспировской библиотеке Фолджера в Вашингтоне и в Британской библиотеке в Лондоне, знакомство с библиотекой Бельвуара и экспонатами Королевской картинной коллекции в Виндзоре, стала объемистая книга «Игра об Уильяме Шекспире, или Тайна Великого Феникса» (1997, 2-е изд. 2007), которая читается как настоящий научный детектив. Объектом главного его исследования стали самое загадочное произведение Шекспира – поэма «Феникс и Голубь» и поэтический сборник Роберта Честера «Жертва Любви», где поэма впервые появилась. Ученый убедился, а предчувствовал это американский мыслитель Эмерсон, что в этой загадочной поэме таится ключ к главной Тайне. Гилилов идентифицировал прототипов, укрывшихся за именами птиц – Голубя и Феникс: граф Рэтленд и его супруга Елизавета, дочь великого поэта и воина Филипа Сидни, властителя умов предшествующего поколения. Рэтленд и Елизавета Сидни были служителями Аполлона. Их брак по ее настоянию оставался платоническим, держался на общности интересов и страстной любви к поэзии. Оба умерли летом 1612 года. Елизавета добровольно последовала за супругом. Илья Гилилов сделал открытие: поэма «Феникс и Голубь» вошла в сборник, ставший реквиемом, в котором лучшие английские поэты, среди них Бен Джонсон и Джон Донн, тайно простились со своим великим собратом, который предпочел быть поэтом, чем носить его имя.

 

Торжество HomoLudens, или Да здравствует Человек Играющий!

Граф Рэтленд еще в студенческие годы был душой кружка «университетских умов», куда входили самые близкие: Эссекс, Пембруки, Саутгемптон. В студенчестве за Джозефом Мэннерсом закрепилось прозвище Потрясающий Копьем (Shake-Speares), восходящее к Афине Палладе, богине мудрости, по мнению Эразма Роттердамского, воительнице за просвещение. В кружке царил дух Игры, столь значимый для эпохи Возрождения, когда HomoSapiensa(человека разумного) потеснилHomoLudens (человек играющий). Жак-меланхолик, герой пьесы «Как вам это понравится», alterego автора, произносит знаменитый монолог, раскрывающий суть шекспировского видения мира: «Весь мир – театр./ В нем женщины, мужчины – все актеры./ У них свои есть выходы, уходы,/ И каждый не одну играет роль». Игра включала не только шутливые розыгрыши, но и сочинительство, часто в виде забавы. Таковой явилась фривольная поэма «Венера и Адонис», посвященная графу Саутгемптону, под которой впервые в 1593 году стояло имя «Уильям Шекспир».

 

Великая Игра продолжалась почти 20 лет. Первый шекспировский том, Фолио 1623 года, включило 36 хроник, комедий и трагедий – 998 страниц большого формата. После казни Эссекса веселость сменилась горечью, доходящей подчас до мизантропии. Но склонность к игре и мистификации не исчезла.

 

В Игре участвовали посвященные: друг-соперник Бен Джонсон, Джон Донн, Джон Харрингтон и еще ряд поэтов из окружения графа Пембрука и принца Уэльского, посвящены в тайну были и монаршие особы. Страсть к Игре, к фарсу, розыгрышу, когда сама жизнь превращалась в театр, к очищению Смехом, была присуща необыкновенному Шекспирову поколению.

 

Открытие Шекспира продолжается, кажется, всё ясно, а тайна остается. Об этом 90 лет назад писал Владимир Набоков в стихотворении «Шекспир»:

 

Надменно чужд тревоге театральной,

ты отстранил легко и беспечально

в сухой венок свивающийся лавр

и скрыл навек чудовищный свой гений

под маскою, но гул твоих видений

остался нам... Ты здесь, ты жив – но имя

но облик свой, обманывая мир,

ты потопил в тебе любезной Лете.


<< Назад | №4 (199) 2014г. | Прочтено: 958 | Автор: Ионкис Г. |

Поделиться:




Комментарии (1)
  • Гость
    Гость
    В 2008 г. вышла книга Марины Литвиновой "Оправдание Шекспира", в которой она развила подход Гилилова. По её гипотезе, граф Рэтленд творил вместе со своим воспитателем Фрэнсисом Бэконом. Снимается как трудность бэконианской версии (не обладал большим поэтическим талантом), так и юный возраст Рэтленда в период создания исторических хроник.
    2016-11-01 17:36 |
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

Poetry slam. Молодые русские поэты в Дюссельдорфе

Прочтено: 2935
Автор: Кротов Ю.

Сервантес и «Дон-Кихот»

Прочтено: 2190
Автор: Жердиновская М.

Русские писатели в Берлине

Прочтено: 2136
Автор: Борисович Р.

ЛЕГЕНДА О ДОКТОРЕ ФАУСТЕ

Прочтено: 2005
Автор: Нюренберг О.

Смерть поэта Мандельштама

Прочтено: 1725
Автор: Бляхман А.

ЛЕГЕНДЫ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ЕВРОПЫ. ТАНГЕЙЗЕР

Прочтено: 1636
Автор: Нюренберг О.

Русский мир Лейпцига

Прочтено: 1464
Автор: Ионкис Г.

Литературный Рейн. Вадим Левин

Прочтено: 1462
Автор: Левин В.

Стефан Цвейг и трагедия Европы

Прочтено: 1389
Автор: Калихман Г.

Литературный Рейн. Генрих Шмеркин

Прочтено: 1363
Автор: Шмеркин Г.

Ги де Мопассан. Забвению не подлежит

Прочтено: 1254
Автор: Ионкис Г.

Мандельштам в Гейдельберге

Прочтено: 1215
Автор: Нерлер П.

«Колыбель моей души»

Прочтено: 1181
Автор: Аграновская М.

Мир русского Мюнхена

Прочтено: 1119
Автор: Фишман В.

Великие мифы испанской любви

Прочтено: 1097
Автор: Сигалов А.

Чарльз Диккенс и его мир

Прочтено: 1056
Автор: Ионкис Г.