Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Общество >> Человек и общество
«Партнер» №12 (159) 2010г.

Интервью с проституткой...

Ирина Навара-Себастьян (Франкфурт-на-Майне)

Проституция в Германии приравнена к сфере персональных услуг, как, например, консультации адвоката или химчистка одежды.

В декабре 2002 года бундестаг принял закон, легализующий проституцию и ставящий ее в один ряд с другими обслуживающими отраслями. Закон этот небесспорный, но в государстве с одним из самых высоких в мире уровней социальной защищенности граждан не может быть дискриминации ни по половому, ни по национальному, ни по профессиональному признакам. Государственные органы, обеспечивающие охрану порядка, не могут допустить принуждения женщин к оказанию сексуальных услуг, финансовой и жизненной зависимости от сутенера, контроля со стороны криминальных элементов за личной жизнью человека.

Женщины, оказывающие приватные сексуальные услуги за оговоренное вознаграждение, имеют право на легализацию доходов от занятости в секс-индустрии, на защиту правоохранительных структур при нарушении ее гражданских и общечеловеческих прав, на оказание страховой медицинской помощи и содействие общественных и государственных организаций, защищающих права женщин.

Итак, я отправилась в квартал «красных фонарей», расположенный в привокзальной части Франкфурта-на-Майне.

Целью посещения этого района была попытка встретиться и поговорить с одной из русских девушек, работающих на поприще продажной любви. Но я даже не представляла, насколько реальным окажется для меня проникновение в привокзальный бордель.

Надев на лицо непроницаемую маску, я решительно вошла в наиболее приличный, на мой взгляд, публичный дом. Погрузившись в бархатно-малиновый полумрак, я огляделась. Каменная, несколько узковатая лестница напоминала подобные лестницы в питерских «хрущобах» конца 60-х прошлого века. По лестнице вверх и вниз дефилировали мужчины всех возрастов, принадлежащих к одному из низших социальных слоев.

Стараясь не вглядываться во внутреннее убранство заведения, я, тем не менее, успела рассмотреть стоящих в открытых дверях комнат молодых и среднего возраста безразличных женщин, одетых в соответствующую стилю заведения униформу. За каждой дверью виднелось необъятных размеров рабочее ложе, покрытое цветастым покрывалом. Я бы не сказала, что женские фигуры блистали совершенством форм, а внешность поражала привлекательностью и хотя бы вульгарной, но красотой. С таким же успехом я могла бы искать черты божественно-неземной отрешенности Мадонны Рафаэля в изможденных лицах деревенских доярок российской глубинки. Профессиональный наряд – бикини, экстравагантные чулки, обтягивающие не всегда совершенной формы ноги и даже броские, открытых фасонов бюстгальтеры не превращали работниц сексуального фронта в глянцево-журнальных див. Хорошо отрепетированные, но абсолютно механические зазывные движения завершали их образ.

Одна из проституток вела деловые переговоры с потенциальным клиентом. Договорившись о цене, женщина пропустила мужчину вперед и закрыла за собой дверь. Ее напарницы с равнодушным выражением на лице ждали своей очереди. Первый этаж, второй, третий… Мизансцены не менялись. Безликие взгляды, будничные выражения на лицах, рабочие позы. А по лестнице струился нескончаемый мужской поток. «Мясорубка… Конвейер…», – пронеслось у меня в голове. Будучи насквозь пробуравленной похотливыми мужскими глазами и не заметив даже искры любопытства у работающих в борделе женщин, я, не теряя самообладания, целенаправленно поднималась на пятый этаж в бюро. При этом я неустанно повторяла про себя постулат Станиславского: «Я в предлагаемых обстоятельствах». Журналистское удостоверение придавало мне уверенность.

Менеджер борделя, не выразив удивления, кивнул в сторону ближайшей ко мне молодой женщины:

– Это русская. Поговорите с ней. Одетая достаточно скромно и выдержанно, по сравнению с коллегами, девушка приветливо улыбнулась: – Татьяна! – Представившись, она протянула руку и пригласила меня в свою комнату. Стены с развешанными тематическими плакатами, убогое убранство стандартного ложа, дешевый шкаф для одежды, пара наполовину развалившихся тумбочек, малогабаритный холодильник, зеркало на стене напротив постели и красные портьеры на двустворчатом окне – вот весь интерьер комнаты профессиональной проститутки. Я попросила приоткрыть окно, так как насквозь прокуренный воздух буквально выедал глаза.

Татьяна, почему Вы вообще решились приехать в Германию?

Я родилась в Москве, но последние три года жила в Латвии. Там кризис разгулялся сильнее, чем в других странах. Материальное положение резко ухудшилось. А у меня сыну 6 лет, с его отцом я развелась, поэтому нужно было думать о том, как обеспечить ребенка. Осмотрелась, прикинула все варианты и решилась. Первый раз я приехала в Германию, а точнее – в Кёльн, 14 августа 2009 года.

У меня паспорт Латвии, поэтому никаких проблем с пересечением немецкой границы не возникло. Сын остался дома с моими родителями.

Как Вы начали заниматься проституцией?

Я начала искать работу, но без языка, без образования рассчитывать на что-либо не приходилось – у меня незаконченное высшее психологическое образование. В Германии жила моя давняя знакомая, которая и посоветовала мне заняться проституцией. «Слушай! – сказала она. – Эта работа приносит очень приличные деньги!». Она мне всё рассказала, объяснила, и я пошла в специальное ведомство, чтобы оформить разрешение на работу в качестве проститутки. Из всех документов мне был нужен только паспорт, подтверждающий мое законное пребывание в Германии. Мне оформили разрешение и сказали, что я ежегодно должна заполнять налоговую декларацию и отдавать ее в финансовое ведомство.

Начинала я в Аугсбурге в очень маленьком приватном клубе. Работа заключалась в сопровождении и обслуживании клиента – пока ему не надоест. Вроде эскорт-сервиса. Нужно было его развлекать, беседовать. Зарабатывала я не очень много, свободы не было практически никакой – ни в выборе клиента (к кому приставят, того и обслуживала), ни в передвижении. В общем, работала не на себя. Расширив к тому времени круг знакомств, я узнала о клубах во Франкфурте.

Как Вы попали в этот бордель? Существует ли какой-либо отбор?
 
Позвонила и поинтересовалась, есть ли свободное место. Место было, и меня пригласили. Никакого отбора нет. Просто тот человек, с которым я общалась по телефону, оглядел меня, послушал, как я с ним разговариваю, как себя веду, взглянул в паспорт и принял на работу. Подписали бессрочный договор об аренде комнаты; если мне не понравится, я могу уйти хоть через два дня. Главное условие: я должна ежедневно отдавать за эту комнату наличными деньгами по 200 евро – это средняя цена по Германии. Здесь я могу и жить. Более мы друг с другом не сталкиваемся. Его не интересуют мои клиенты, меня – чем он занимается в бюро.

Сколько клиентов и каких Вам приходится обслуживать в день и как оплачивается Ваша работа? У Вас есть право на отдых?

В среднем, до 10 – 15-ти. Но бывают дни, когда мало кто приходит. Мужчины разные, особо богатых мало. Так, средние по доходам – по ним же сразу видно. Самым молодым примерно 22 – 23 года, а старые – пока им это нужно. Немцы приходят, арабы и негры… С некоторыми можно о чем-то поговорить, иногда приходят просто пообщаться. А с другими нужно только работать.

Договариваемся об оплате сразу: 20 минут стоят 30 евро, полчаса – 60 евро, час – 120 евро. Деньги вперед. Если мы договорились на 20 минут, значит, на 21-й минуте он окажется за дверью моей комнаты, независимо от того, что он успел. Клиенты об этом знают, поэтому меньше часа никто не покупает. При этом я могу отказать клиенту, если он мне неприятен или просто не понравился – это мое право.

У меня есть круг постоянных клиентов, которые ходят только ко мне. В день я зарабатываю от 300 евро – это уже за вычетом 200 евро за комнату. В месяц выходит около девяти тысяч. У тех, кто давно работает, – еще больше. Но мне приходится много тратить денег на поддержание себя в форме: одежда, фитнес, косметические салоны, дорогая косметика. А две тысячи евро я ежемесячно отсылаю родителям для сына.

Рабочий день начинается в 11 часов утра и продолжается до последнего посетителя. Но если я устала, я закрываю дверь и ложусь спать.

Родители в курсе Вашей работы?

Нет, конечно! И про деньги ничего не спрашивают.

Вы проходите медицинские осмотры?

Никто никого ни к чему не принуждает – это наше личное дело. Я, например, хожу к врачу каждые две недели. А кто-то вообще не посещает врача. Кроме этого, клиента мы обслуживаем исключительно в презервативах: и вагинально, и орально, и анально. Презервативы и все интимные принадлежности мы приобретаем за свой счет. Кстати, я принадлежности не использую, потому что каждая из женщин работает по своей программе – мы предварительно обсуждаем ее с клиентом. Я – натуралка. А есть разные – и доминантные, и групповые, и пассивные, и садо-мазо, и с элементами насилия. Кому что нравится.

Вы сами хоть что-нибудь испытываете во время работы? Как обстоит дело с личной жизнью?

Если клиент приятный, сексуальный, нежный – почему бы и нет. Другое дело, если он вызывает отвращение, тогда приходится действовать на автомате. Но бывали случаи, когда клиенты в меня влюблялись. Один даже собирался разводиться с женой. Тогда приходится уточнять: где он находится, и где я. Хотя я знаю несколько проституток, которые удачно вышли замуж за своих клиентов. Та самая знакомая, которая направила меня в этот бизнес, сама таким образом устроила свою жизнь.

В личной жизни у меня всё хорошо – есть любимый человек. Он живет в Кёльне, сам он из Азербайджана. Ему 36 лет. Сейчас он работает на молочной фабрике. Когда я приезжаю в Кёльн на выходные, мы живем в одной квартире. Сначала я не решалась сказать ему, чем я занимаюсь в профессиональной жизни. Потом всё-таки решилась. Он всё понял и уже не возражает. Потому что понимает, что это временно.

В принципе я могла бы и в Кёльне работать, но у меня там большой круг знакомых – только немцы. И в этом случае любимый человек не согласился бы. Те люди, которые знают о моей работе, не могут поверить – ведь в жизни я совсем другая. Работа моя – здесь, а частная жизнь – там.

Что собираетесь делать дальше?

Я думаю, еще год, два, и я брошу это занятие. Я так воспитана, что не смогу долго оставаться проституткой. В жизни, повторяю, я совсем другая…

Спасибо Вам за откровенность.




<< Назад | №12 (159) 2010г. | Прочтено: 4438 | Автор: Навара И. |

Поделиться:




Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

Русские глазами немцев

Прочтено: 12639
Автор: Циприс А.

Интервью с проституткой...

Прочтено: 4438
Автор: Навара И.

«Первый джентльмен» - муж Ангелы Меркель

Прочтено: 4125
Автор: Карин А.

Шум в доме. Что говорит закон

Прочтено: 4062
Автор: Толстоног В.

Телефон доверия. Что это такое?

Прочтено: 2719
Автор: Левицкий В.

Феномен личности и феномен толпы

Прочтено: 2614
Автор: Калихман Г.

Этюд о чести и бесчестьи

Прочтено: 2296
Автор: Калихман Г.

GEZ – что надо знать об этой организации

Прочтено: 2116
Автор: Навара И.

Произошел ли человек от обезьяны,

Прочтено: 2104
Автор: Кабанова C.

Адаптация подростков-иммигрантов

Прочтено: 1891
Автор: Левицкий В.

Бундесвер в Афганистане

Прочтено: 1774
Автор: Навара И.

ЯЗЫК ИДИШ - БРАТ НЕМЕЦКОГО

Прочтено: 1684
Автор: Аграновская М.

Преступление и наказание

Прочтено: 1559
Автор: Навара И.

Параметр IQ и наследственность

Прочтено: 1545
Автор: Калихман Г.

Интересы ребенка – главный аргумент

Прочтено: 1475
Автор: Навара И.

Этюд о жалости и сострадании

Прочтено: 1475
Автор: Калихман Г.

Доктор милостью божьей

Прочтено: 1440
Автор: Кротов А.

ДЕДУШКА ЛЮБИТ БАБУШКУ

Прочтено: 1435
Автор: Розина Т.