Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Журнал «ПАРТНЕР»

Журнал «ПАРТНЕР»
Иммиграция >> Интеграция
«Партнер» №6 (105) 2006г.

«Приехав в Германию, я недооценил трудности...»

Татьяна Бальцер (Кёльн)

 

Хуан То Нгуен, 55 лет, приехал в Германию из Вьетнама 15 лет назад вместе с женой и двумя детьми. В 1994 г. открыл свое дело, поставляет телевизионное оборудование для технического оснащения телестудий во Вьетнаме и Германии.

Господин Нгуен, Вы говорите по-русски?

Совсем немного. Учил когда-то в школе. Из школьного времени, кстати, очень запомнились уроки русской и советской литературы. "Как закалялась сталь" Островского или произведения Ильи Эренбурга я помню до сих пор...

Вьетнамцы были одними из первых беженцев в Германию. Массовый приезд ваших земляков был связан с военными событиями в стране?
Да, было два основных потока, когда люди начали уезжать из Вьетнама в качестве беженцев. Первый - в 1975 г. после окончания войны и объединения Вьетнама. Тогда вьетнамцы уезжали от преследований и не только в Германию. А второй - в 1979 г., когда началась пограничная война между Вьетнамом и Китаем. Тогда уезжали и вьетнамцы, и китайцы.

Почему в первом случае люди покидали страну не во время войны, а после нее?

Во время войны никаких преследований не было. Южный и Северный Вьетнам воевали друг с другом, СССР поддерживал Северный Вьетнам, США - Южный. Была война, но не было преследований. Когда же сайгонский режим на юге Вьетнама пал и власть перешла к коммунистам из Северного Вьетнама, то тогда и начались преследования со стороны вьетнамской компартии тех, кто этот режим не поддерживал.

Наверняка война коснулась и Вашей семьи...

Я был два года во вьетнамской армии, с 1971 по 1973 гг. Но у нас в Северном Вьетнаме, откуда я родом, не было таких кровопролитий, как на Юге. Я был в воздушных войсках, занимался радиотехническим оборудованием самолетов и не видел за всё время ни одного американца, только их самолеты. Никто из нашей семьи, к счастью, во время войны не пострадал.

А что касается миграционных потоков, то кроме двух, связанных с войной, был еще и третий поток: в 60-е годы в Германию, а точнее в ГДР, из Северного Вьетнама начали приезжать гастарбайтеры. Тогда существовали различные кооперационные программы между Северным Вьетнамом и СССР, Чехословакией, ГДР... Часть гастарбайтеров осела в Восточной Германии и живет там до сих пор.

Значит, в Западную Германию от преследований приезжали беженцы, а в восточную - гастарбайтеры?

Да. И конечно, были другие небольшие группы: кто-то нашел работу, кто-то приехал в Германию на учебу и остался. А вообще люди ехали не только и не столько в Германию. Чаще - в США, Канаду, Австралию, в типично эмигрантские страны, которые охотно принимают квалифицированных специалистов, причем без таких сложных процедур, как в Германии. Среди трех миллионов вьетнамцев, разбросанных сейчас по миру, только в США живет один миллион человек. В Германии - приблизительно 100 тысяч, а в Кёльне, например, около 2,5 тысяч.

Какова история Вашей эмиграции?

У нашей семьи другая история. Из Северного Вьетнама, из Ханоя, я в 1967 г. приезжал в ГДР, в Бранденбург, учиться на техника по радио- и телеоборудованию. Мне было тогда 16 лет, мы приехали целой молодежной группой. Получив образование, я поработал еще некоторое время на телевидении ГДР, а в 1971г. вернулся во Вьетнам. Служил сначала в армии, а потом учился в Ханое в университете по специальности "Телевизионная техника" и до 1991 г. работал на вьетнамском телевидении. Затем мы уехали в Германию. Для этого было две причины. Во-первых, младший сын болел астмой, а во Вьетнаме очень влажный климат. Когда у меня появилась возможность поехать в Германию в командировку, я взял его с собой и заметил, что чувствовал он себя здесь хорошо.

Была и вторая причина. Дело в том, что обстановка на работе в то время была очень сложной. Я никогда не был коммунистом, был даже критиком режима, а это мешало профессиональному росту. Для того чтобы стать начальником отдела, потребовалось особое согласие парткома, который пошел на это, лишь учитывая мою квалификацию. А о дальнейшем росте можно было забыть. Но мне было тогда сорок лет, хотелось еще многое сделать, не быть под постоянным партийным контролем. В общем, было желание поработать в другой стране. И когда человек знает иностранный язык, у него есть для этого возможность. Так почему бы ей не воспользоваться? В общем, еще и поэтому я решил оставить всё, чего достиг в Ханое, и начать жизнь заново.

А Вашим близким легко было уезжать из страны?

Жене, конечно, было нелегко решиться. Я-то знал немецкий, а она нет. У нее была интересная работа учителя математики в очень хорошей школе. А что ждало ее в другой стране без знания языка? Но ради здоровья сына она была согласна на переезд. А вот мои родители не хотели, чтобы мы уезжали. Они, кстати, были коммунистами. Отец работал секретарем партийной организации в армии, мать была служащей во вьетнамском информационном агентстве (организации наподобие ИТАР-ТАСС).

Как вы находили общий язык с отцом, который был секретарем партийной организации, а вы критиковали коммунизм? Вы жили вместе?

Да, мы жили вместе. Большой семьей в большом доме, как это принято во Вьетнаме. И конечно, мы находили общий язык, хотя иногда и имели разные точки зрения на какие-то события. Обычно это происходило за ужином, когда вся семья собиралась за столом, а по телевизору или по радио сообщали в новостях что-нибудь такое, на что я реагировал с неодобрением... А когда мы решили уехать, для отца это было драмой, он очень переживал. К тому времени он уже стал пенсионером. Всё писал нам письма в Германию: "Приезжайте обратно..."

Родителям тогда нелегко жилось. Пока они работали, могли себя обеспечить, а вышли на пенсию - стали нуждающимися. Поэтому мы помогали им отсюда материально. Сами же в первый отпуск во Вьетнам смогли приехать только через шесть лет, раньше не могли себе это позволить по финансовым причинам. Отец к тому времени уже болел и совершенно разочаровался в идеалах коммунизма. Он все не хотел меня отпускать, и для меня тоже было болезненно, что я снова должен был уехать.

Вы уехали из Вьетнама в 1991 г. Тогда еще была сильна в стране коммунистическая партия?

Она и сейчас сильна. Конечно, стало уже намного свободнее, но во Вьетнаме и сегодня однопартийная система, и коммунистическая партия по-прежнему у власти. Точно так же, как и в Китае, в Северной Корее и на Кубе. Эти четыре страны по-прежнему управляются коммунистическими партиями. Сейчас во Вьетнаме обсуждается вопрос о введении многопартийной системы, но пока этого нет.

Вернемся к Вашей истории. Вы сразу нашли работу в Германии?

Да. Но это была временная работа на фирме "Sony". Сначала три месяца. Потом еще три. Примерно год я там проработал. После этого еще в одном месте, потом - в фирме, занимающейся продажей электрического оборудования. В общей сложности три года я работал в различных фирмах и везде ремонтировал приборы. Конечно, моя квалификация была выше. Во Вьетнаме я занимался планированием и проектированием, а в Германии не было возможности найти подобную работу. К тому же через какое-то время у меня стал появляться страх, что и ту работу, которую имел, я когда-нибудь могу потерять. Мне было 43 года, зрение было уже не таким острым, а для ремонта сложных приборов хорошее зрение необходимо. В общем, осенью 1994 г. я решил начать свое дело.

Сколько времени Вам понадобилось, чтобы встать на ноги?

Первые два года было очень трудно. Ведь как иностранец, я в то время даже не имел права заниматься самостоятельной деятельностью. Выручил родственник: сестра жены была замужем за немцем, вот он-то и вызвался мне помочь. Он открыл фирму на свое имя, стал ее владельцем, а меня принял на работу как исполнительного директора. Но проблема была еще в том, что он работал в одной строительной фирме водителем, а жили они на самом юге, в Баварии, где зимой много снега и поэтому в строительстве в зимние месяцы работы нет. В общем, зимой мой деверь всегда получал пособие от биржи труда. А тут, решив помочь мне и сам став работодателем, он потерял право на такое пособие. Пришлось мне платить ему то, что он должен был получать от центра занятости. И это как раз в то время, когда я только-только начал свое дело и сам ничего еще не имел. И так продолжалось два года. Все сбережения, которые я накопил за три года моей работы в различных фирмах, - всё это в период становления было быстро потрачено.

Тем не менее, Вы не подвели Вашего родственника, и он Вас тоже не подвел...

Нет. Мы с ним были ответственны друг перед другом. А через два года мы подали заявку на перерегистрацию фирмы на мое имя, обосновав это тем, что фирма держится только на мне, на моих связях с Вьетнамом, и без меня не может дальше существовать. Для этого тоже нужно было пройти ряд инстанций, в том числе и торгово-промышленную палату, и городские отделы по содействию развитию экономики, и по делам иностранцев... И везде нужно было доказывать, что у фирмы есть будущее, что она развивается... В общем, мы всё это сделали и в виде исключения я получил разрешение быть владельцем фирмы. С тех пор и стало полегче.

Что конкретно делает Ваша фирма и где у Вас больше заказчиков: во Вьетнаме или в Германии?

Мы занимаемся поставками телевизионного оборудования и техническим оснащением телестудий, то есть моя работа напрямую связана с тем, чем я занимался во Вьетнаме. И свои первые заказы оттуда я получил благодаря прежним связям. Сначала заказы распределялись примерно так: 30 % из Вьетнама и 70 % из Германии. Теперь - половина на половину. Сейчас мы занимаемся, например, тем, что оборудуем студию для вьетнамского телевидения на время чемпионата мира по футболу.

Вероятно, дела в Вашей фирме идут теперь хорошо...

Так сказать нельзя. Этот футбольный проект, например, не принесет много денег. Но это - интересно. Интересно в том числе и для моих детей, старшему сыну сейчас 22 года, младшему - 19.

Кстати, чем занимаются сейчас Ваши дети и как прижилась в Германии Ваша жена?

Старший сын начал учиться в университете на восточно-азиатском факультете. Младший учится в колледже. Они хорошо чувствуют себя здесь. Хотя и во Вьетнаме бывают охотно. Теперь мы ездим туда часто, бывает, по несколько раз в год. Жена тоже привыкла. Как раз ей было тяжелее всех. Когда мы приехали, дети были еще маленькие, у меня была работа, а она целыми днями была вынуждена находиться только дома. О своей профессии учителя, конечно, она и думать не могла, языка не знала совсем. Но для нее было очень тяжело изо дня в день не видеть ничего, кроме дома. Через какое-то время она стала ходить к кому-то помогать по хозяйству: и для того, чтобы материально было полегче и чтобы хоть как-то с кем-то общаться. Кстати, я еще и из-за жены решил начать свое дело. Видя ее страдания, сказал: "Если ты никак не можешь без работы, то я открою свое дело, и ты будешь работать в нашей общей фирме". Кроме нас в фирме еще два человека - местные немцы.

Что особенно нравится Вам во Вьетнаме и что - в Германии?

В Германии мне нравится, во-первых, экономическая система. Она прозрачна и потому риск небольшой. Экономика Вьетнама стала сейчас более открытой, но, тем не менее, риска в экономическом плане еще очень много. Во-вторых, политическая система, хотя это не так актуально для моей профессии. Но всё равно спокойнее находиться в обществе, где можно говорить всё, что думаешь, где государством управляют различные партии, а не одна, как во Вьетнаме.

Но вот межчеловеческие отношения нравятся мне гораздо больше во Вьетнаме. Общение с соседями, например, и тому подобное. У каждого дома во Вьетнаме есть дверь, но она всегда открыта. Там всегда оживленная уличная жизнь. В Германии же улицы пусты, если это, конечно, не центр города.

Вообще же нужно сказать, что в самом начале, когда только приехал в Германию, я недооценил трудности. Сначала был восторг: ах, какая прекрасная страна. У меня сразу же появилась машина, как у моих коллег, и я думал, что лет через пять куплю уже и свой дом. Но дом я купил лишь прошлой осенью, то есть только через четырнадцать лет, причем не всё за него еще выплачено, а предстоит еще очень большой ремонт. Ремонт - по крайней мере, всё что могу, стараюсь делать своими силами, чтобы снизить расходы. Вот ламинат, например, настелил сам...


<< Назад | №6 (105) 2006г. | Прочтено: 1010 | Автор: Бальцер Т. |

Поделиться:




Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Топ 20

СОВЕТЫ НЕДАВНО ПРИБЫВШИМ ИММИГРАНТАМ

Прочтено: 7014
Автор: Одессер Ю.

О родстве немецкого и русского языков

Прочтено: 6077
Автор: Локштанова Л.

ФИНАНСИРОВАНИЕ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ

Прочтено: 2713
Автор: Квиндт В.

КТО И КАК МОЖЕТ СТАТЬ ПЕРЕВОДЧИКОМ В ГЕРМАНИИ?

Прочтено: 1544
Автор: де Гильде О.

Преодолеть барьеры общения

Прочтено: 1051
Автор: Левицкий В.

«Kinderatelier» идет в детский сад

Прочтено: 989
Автор: Светин А.

Билет в один конец

Прочтено: 967
Автор: Калиниченко А.

Об интеграции и профанации

Прочтено: 953
Автор: Кротов А.

Аршин успеха

Прочтено: 939
Автор: Шлегель Е.

Об интеграции и профанации

Прочтено: 933
Автор: Кротов А.

Полусерьезные советы изучающим язык

Прочтено: 932
Автор: Калихман Г.

Билет в один конец

Прочтено: 930
Автор: Калиниченко А.

Интеграционный центр «Partner»

Прочтено: 895
Автор: Квиндт В.